Но, признаться, благодаря этому у него все же случился качественный скачек. Или это результат большой практики и наработки реального опыта в создании камуфляжей. Словом, рассматривая как-то раз «Новика» он решил, что нет предела совершенству и отчего бы не попробовать изменить рисунок. Подправить там, убрать тут, заменить здесь, использовать иную цветовую гамму. На поверку он получил новый камуфляж, с совершенно иными показателями.

Артефакт «Корабельный камуфляж типа «Новик»»

Заметность —10 %

Рассеивание снарядов — +4 %

Активен в пассивном режиме

Целостность артефакта — 100 %

Выход артефакта из строя — потеря 10 % рисунка.

Статы увеличились вдвое! И это не персональный, а типовой. Проделал то же самое с миноносцами, и на выходе получил точно такое же увеличение. Постарался создать персональный, но не преуспел в этом. Зато все получилось самым лучшим образом с катером, который прибавил пару процентов на рассеивание и пять на заметность.

Взгляд сам собой остановился на «Садко». Несмотря на то, что катер пристроился у борта Эсминца, показатели его камуфляжа не рассмотреть. Нужно приблизиться на расстояние пяти метров. Это неизменное условия для всех камуфляжей. Однако он и так помнил его показатели.

Артефакт «Корабельный камуфляж катера «Садко»»

Персональный

Заметность —15 %

Рассеивание снарядов — +7 %

Активен в пассивном режиме

Целостность артефакта — 100 %

Выход артефакта из строя — потеря 10 % рисунка.

Правда, чтобы получить такой результат, Борису пришлось переодевать катера лично. Каждый из них получил свой, неповторимый рисунок. При всем желании, Борис не мог скопировать его. Каждый последующий был похож на предыдущий, и в то же время отличался от него.

Это натолкнуло на мысль, что если он сам возьмется за роспись «Новика», то и результат получится значительно лучше. Однако оценив объемы предстоящей работы, предпочел отложить этот опыт на потом. Лучше все же думать не над персональным, а над улучшением типового. Так оно получится гораздо продуктивней.

На то, чтобы закрыть вопрос с получением выкупа ушло шесть часов. Пока суд, да дело, все корабли и катера по очереди подошли к «Альбатросу» и пополнили запасы топлива. Покончив с этим за час до погрузки на борт последнего морпеха.

— Ну что, Борис Николаевич, поздравляю вас с очередным удачным рейдом, — прибыл на эсминец с докладом Новиков.

— Деньги барон собрал все? — поинтересовался Борис.

— И опыт, и деньги. Первый распределен по характерникам, а наличность вот, — протянул он саквояж.

— Хорошо. Что по трофеям?

— Тысяча семидесятипятимиллиметровых снарядов к пушкам Кане. Три тонны артиллерийского пороха, тонна ружейного. Остальное интереса не представляет. Жаль орудия пришлось подорвать. Могли бы пригодиться.

— Лишняя суета, Денис Владимирович, — возразил Измайлов.

С одной стороны, оно вроде как трофей. Но с другой, одна пушка стоит четыре с половиной тысячи. По сегодняшним заработкам Бориса, время в данной ситуации стоит дороже. Потому как, если бы затеялись с демонтажем, то провозились бы куда дольше.

Доложившись, старший унтер Новиков убыл на танкер, который уже начал движение по направлении входного створа гавани. Верткие и быстрые катера обошли его, и выскочили за мол. В море их возьмут на буксир старшие товарищи, чтобы попусту не пережигать топливо. Трофейные корабли с призовой командой из морпехов двинулись вслед за ним. Далее, прикрывая выход, эсминец с миноносцами. Стволы орудий развернуты в сторону города, расчеты при них, в готовности открыть огонь. Мало ли, что взбредет на ум побежденным.

Впрочем, положа руку на сердце, это всего лишь перестраховка. Не ожидал ничего подобного Борис. Да и горожане вывалили толпой на набережную и пристань, провожая захватчиков. Кому-то есть причина перекреститься, вознося хвалу Господу, за легкое избавление. Кто-то проклинает, за понесенные убытки. Другие так и вовсе смотрят с ненавистью. Далеко не все павшие при штурме форта сумели возродиться.

«Новик» еще не успел выйти из гавани, как к нему подошел один из двух катеров, остававшихся в море для дозорной службы.

— Господин лейтенант, множественные дымы с севера. Сысоев отправился глянуть поближе, — доложил Рыченкову унтер, командовавший катером.

В будущем ему светит стать офицером. Но пока о мичманских погонах говорить рано. С одной стороны, не хватает образования. С другой, офицеры Добровольного флота не могут быть вассалами. Ну и наконец, у Бориса и без того траты на жалование зашкаливают. А тут еще и боевые. Словом, нет ровно никаких причин, для подобной поспешности.

Н-да. Подумать же больше не о чем. А между тем, множественные дымы могут означать только одно.