– Этого я не говорил. – Митчелл швырнул перчатку на садовую скамеечку. – Скажу честно: понятия не имею, удачна она или нет. Но я же вижу – тебя не остановить. Если ты захочешь, ты можешь успешно заниматься бизнесом. Значит, справишься и с этим своим отелем-рестораном.

Рейф обессиленно прислонился к высокому стеллажу для горшков. Впервые в жизни Митчелл почти одобрил затею, никак не связанную с «Коммерческой компанией Мэдисона».

– А как вписывается в твои планы Ханна Харт? – поинтересовался Митчелл.

Рейф не шевельнулся, даже не моргнул.

– О чем ты?

– Насколько мне известно, половина дома принадлежит ей. Она уже согласилась продать ее тебе?

– Нет.

– Тогда как же, черт возьми, ты намерен поступить?

Рейф пристально уставился на гибискус, растущий рядом.

– Я предложил ей партнерство.

– Партнерство? – На лице Митчелла отразилась крайняя степень изумления. – Ханне Харт? Ты что, лишился последнего ума?

О поддержке Митчелла можно было сразу забыть.

– Кричать незачем, – ответил Рейф. – Я прекрасно слышу тебя.

– Слышишь? Тогда послушай: ты – Мэдисон. Твоим деловым партнером не может быть человек по фамилии Харт. Это партнерство обречено с самого начала.

– А если это будет не просто деловое партнерство? – уточнил Рейф.

– Дьявол! – Митчелл схватил секатор. – Значит, это не выдумки? Ты правда ухлестываешь за ней?

– Между нами возникло то, что можно назвать близкими взаимоотношениями.

Митчелл яростно набросился на гибискус с секатором.

– Хочешь сказать, вы уже переспали?

Рейф невольно отступил подальше от гибискуса и щелкающего секатора в руках Митчелла.

– Я предпочитаю выражаться иначе.

Митчелл обрезал очередную ветку и нахмурился.

– Иначе? Это как?

– В настоящий момент положение слегка осложнилось…

Митчелл нацелился секатором на Рейфа.

– Выслушай меня хотя бы раз в жизни, не пожалеешь. Восемь лет назад эта женщина ради тебя пожертвовала своей репутацией. И между прочим, спасла тебя.

– Я помню.

– Тогда прекрати увиваться вокруг нее. Это несправедливо.

– Это не просто развлечение. – Рейф тщетно пытался подыскать верные слова. – Это серьезно.

Некоторое время Митчелл смотрел на него, нахмурившись.

– Уже лучше. – И он снова занялся кустом. – Зачем ты приехал?

– Спросить, не хочешь ли ты завтра вечером поужинать со мной и Ханной, – смущенно признался Рейф. – Если хочешь, привози свою Октавию.

– Октавия уехала в Портленд.

– Приглашение остается в силе.

Митчелл отрезал еще один сухой сучок.

– Ханна Харт умеет готовить?

– Понятия не имею. В моем присутствии она никогда ничего не стряпала. Ужин буду готовить я.

– Любопытно, – хмыкнул Митчелл.

– Значит, ты приедешь?

– Приеду. Давно хотел отдохнуть от стряпни Брайса.

Рейф вздохнул.

– Прекрасно. – Он выпрямился и направился к двери с таким чувством, словно он только что пережил бурю. – Ждем тебя в шесть.

– Чертовски любопытно, – повторил Митчелл.

Напрасная трата времени, думал Рейф. Ну и черт с ним! Может, Ханна решила подшутить над ним? Надо было хорошенько подумать. Зачем ей вообще понадобилось советовать ему пригласить Митчелла к ужину?

Неужели то, что он попытался угодить ей, – плохой признак?

В дверях кабинета Рейф остановился и осмотрелся. Компьютер на столе, несколько телефонов. Завалы блокнотов, фотографий и газет. Битком набитый шкаф. Несколько первых полос «Джорнал» в рамках на стене. На одной из них – фотография Тревора Торнли рядом с прежним владельцем и редактором газеты Эдом Болтоном и его улыбающейся женой Бев.

– Мне всегда хотелось побывать в кабинете настоящего редактора, – произнес Рейф.

Джед ухмыльнулся и поудобнее уселся в кресле.

– Смотри, не стесняйся. Садись.

– Спасибо. – Рейф снял со стула кипу газет и сел.

– Кофе будешь? – Джед взялся за подлокотники, собираясь встать. – Ты не поверишь, но кофеина здесь у нас всегда полным-полно.

– Нет, спасибо. – Рейф посмотрел на компьютер. На экран была выведена страница текста. Рейф прочел: «Торнли объявил, что будет баллотироваться в сенат, действуя с позиций социальной и личной ответственности…»