— А в чем же?

Джонас оторвался от исписанного листка, задумчиво посмотрел в пространство.

— Кейтлин говорила про один из отчетов. Там упоминается о том, что Ярвуд опасен при определенных обстоятельствах.

— Опасен? Никогда бы не поверила. По нему не скажешь.

— К тестированию в Винсенте привлекались и психологи, — заметил Джонас. — Я многих помню.

Они всегда искали отклонения в психике тестируемых, пытаясь объяснить таким образом их необычные способности. У них была теория, что положительный результат тестов на экстрасенсорику есть непременное свидетельство ненормальности тестируемого. И я был живое тому подтверждение.

— Чепуха! Ты совершенно нормальный человек, — тут же возразила Верити.

Губы Джонаса тронула загадочная улыбка.

— Мне нравится, как ты бросаешься на мою защиту, несмотря на очевидные факты.

— Какие факты? — спросила она.

— Я ведь чуть не убил ни в чем не повинного.

— Это случилось не потому, что у тебя нелады с психикой, — уверенно заявила она. — Просто ты не знал, как управлять сокрытой в тебе силой.

— Не думаю, что им удалось разгадать мою тайну. Тем не менее спасибо за доверие. И если ты так уж уверена во мне, то почему отказываешься выйти замуж?

Верити на секунду опешила.

— Мы говорим сейчас про Престона Ярвуда, — откликнулись она наконец. Ох уж этот Джонас! Если он что-нибудь вбил себе в голову, это надолго. А ей совершенно не хотелось больше обсуждать вопросы женитьбы. Лучше уж говорить про Ярвуда. — Почему эксперты из лаборатории решили, что он опасен?

— Все дело в его — цитирую — «неспособности отказаться от своей навязчивой идеи».

— Другими словами, он искренне уверен, что обладает ярким дарованием. Не думаю, что поэтому надо держаться от него подальше.

— Может быть, ты и права. А может, и нет. — Джонас швырнул записную книжку на прикроватный столик. — Хорошо бы, Кейтлин просмотрела архивы повнимательнее — вдруг ей удастся отыскать информацию о ком-нибудь еще.

— Зачем? На что ты надеешься?

— Трудно сказать. Просто хочется побольше разузнать обо всех этих людях. — Он немного помолчал, потом добавил:

— Помнишь, Уорвики как-то обмолвились, что именно Ярвуду редактор исторического журнала сообщил мое имя. Но если Ярвуд проходил тесты в Винсент-колледже одновременно со мной, он мог обо мне слышать. Почему он не сказал об этом?

— Возможно, потому, что на самом деле ничего о тебе не слышал. — Верити слегка улыбнулась. — Наверное, он был там задолго до того, как ты приобрел широкую известность.

— Что ж, не исключаю.

— Это все, что удалось узнать Кейтлин?

— Да, все.

— Ну, — тогда, — продолжала Верити, — я пойду в ванную. Если к утру не вернусь, можешь высылать за мной поисковую партию.

— Верити!

— Да, Джонас? — Она обернулась уже у двери.

— Подумай о том, что я тебе сказал. — Это прозвучало как вежливый приказ.

Верити не собиралась ничего уточнять, она открыла дверь и вышла в коридор.

Света в холле не было. Это сразу напомнило ей тот вечер в Секуенс-Спрингс, когда она возвращалась домой, в свой коттедж в кромешной темноте. Воспоминание не из приятных. Свет не пробивался даже из-под дверей соседних номеров. Значит, они с Джонасом либо одни на этаже, либо остальные постояльцы уже давно спят. Что ж, по крайней мере ванная свободна.

Верити поплотнее запахнула халат и, опираясь на трость, двинулась в конец коридора. Трость, похоже, уже была ей не нужна — лодыжка почти не болела. Она с благодарностью вспомнила Оливера Крампа и его целительные припарки и кристаллы. Впрочем, подвернутая нога и гак бы скоро выздоровела, не стоит сильно обольщаться.

Сквозь окно в конце коридора проникал свет с улицы, и Верити без труда различила таблички «Леди»и «Джентльмены» на соседних дверях. Там, где ей приходилось бывать в детстве, подобное разделение считалось излишеством.

Она до сих пор помнит один пренеприятный случай, происшедший много лет назад, когда какой-то пьяница преследовал ее по коридору. Хорошо, что отец услышал крик девочки и вовремя подоспел на помощь. От сильнейших побоев нахала спасло только вмешательство других жильцов.

Пришлось буквально силой отдирать разъяренного Эмерсона от обидчика — все вокруг уважали Эймса, и никому не хотелось, чтобы его посадили в тюрьму за убийство.

Верити хмуро подумала, что в подобных местах ее одолевают только мрачные воспоминания, поэтому в следующий раз лучше останавливаться в отелях типа «Шератон» или «Хилтон».

Она открыла дверь с надписью «Леди»и утонула во мраке. Тут Верити не на шутку разозлилась. Нет, это уж слишком! За такие деньги они с Джонасом вполне заслуживали освещения в ванной. Она сейчас же пойдет и разбудит управляющего! Верити решительно направилась прочь.