А свободный «аристократ», которым я называл себя еще в прошлой жизни, от подобных контактов был огражден и защищен. Сейчас я мало чем отличался от других людей, а клан и вовсе мне не принадлежал юридически.

На службу в государственные кланы я тоже поступать не был намерен. В прошлый раз это закончилось плачевным образом как для меня, так и для моей семьи. Стоило полностью исключить все возможные ошибки и действовать более анонимно. В этом плане нужно было взять пару уроков у Бастиана. Тот явно контролировал каждый свой шаг.

Так что ближайшей целью было показать себя со стороны парня, который из нищеты выбился в люди, дать понять, что с меня особо ничего не возьмешь. А что могло бы помочь мне в этом? Верно, победа в турнире. Уж тогда бы мне точно удалось посмотреть на Императора, понять, из какого теста тот слеплен и предстать перед ним мальчишкой без особых амбиций, но с редким талантом.

Да и с кругом общения нужно было что-то делать. Единственный, на кого я действительно мог опереться, был Арчибальд. Но тот явно растерял все связи и все больше походил на пенсионера, которому каждый бой дается с трудом. Несмотря на регенерацию тела, он явно терял хватку. Дать выстрелить в себя столько раз каким-то солдатам!

Сонным шагом я доковылял до ванной, принял душ и привел свое лицо в порядок. На кухне стояла лишь моя тарелка с кари. Я тут же сел за стол и принялся уплетать жутко приятное на вкус блюдо. У девочек был талант.

— Рорик! — крикнула Азуми с гостиной. — Деда снова не дает мне посмотреть мультики!

— Правильно делает! — крикнул я. — Тебе уже двенадцать, смотри новости!

— Вот-вот! — послышался голос Арчибальда.

Эми сидела напротив со стаканом чая в руках и молчала.

— Ты снова проснулась раньше меня? — приподнял я бровь. — Я-то думал, ты меня простила…

— Не настолько, чтобы ты распускал по утрам свои похотливые ручки… — посмотрела та на меня хитрым взглядом. — Ты еще не прощен…

— Я тут подумал… — почесал я висок неуверенно. — Тебе ведь нужна машина, не могу смотреть, как вы прыгаете из одного такси в другое…

— Ах ты… — бросила та в меня салфетку. — Откупиться не получится, молодой человек!

«Не такой уж и молодой…»

— Нет, я не претендую на твое прощение, просто решил, что так будет безопаснее…

— Не хочу, чтобы ты мне что-то покупал… — пожала та плечами. — А своих денег мне не хватит.

— Хочешь белый Гелентваген? — сощурился я, продолжая уплетать завтрак.

— Ты сдурел что ли? — покрутила та пальцем у виска. — Откуда у тебя деньги?

— Ладно, я так и знал, что отреагируешь не лучшим образом, поэтому уже заказал его… — натянул я наивную улыбку. — Надеюсь, ночью меня ждет сюрприз… — посмотрел на нее игриво.

— Никаких сюрпризов… — хмыкнула та, еле заметно улыбнувшись на секунду. — Иди в школу, Роран, ты опоздаешь…

Доедая блюдо, взглянул на газету, лежащую на столе.

— О чем пишут?

— Уже второй день мусолят историю со смертью Минуро… — пожала та плечами.

— И что, нашли чего?

— Не особо. Сейчас проверяют и опрашивают каждого, кто в тот день был на аукционе. Считают, что вероятнее всего автокатастрофа. Машина въехала в столб. Трое, включая Минуро, были мертвы. Единственное, что является загадкой, тела его так и не нашел никто… — та открыла фрагмент с фотографиями и повернула газету в мою сторону. — Говорят, парень в маске тоже был там какой-то, но тот, вроде как, не виновен.

«Автокатастрофа значит…»

— Понял, — кивнул я. — Ты готовить где-то училась, или же талант у тебя такой?

— Ой, не подлизывайся, иди уже, правда… — махнула та ладонью.

— Ага… — кивнул я. — Сбегаешь за формой?

— Еще чего, сам бегай… — скрестила та руки на груди.

— Азуми-и-и! — заорал я.

— Что надо?!

— Форму хозяина на кухню, живо!

— Пошел ты!

— Ох… — вздохнул я. — Никто не слушается… придется самому… — встал со стула и снова поднялся в свою комнату, натянув форму.

На улице была отличная погода, поэтому до школы решил добраться пешком.

На подходе к школе меня уже ждали Мики и Шоджи. В этот раз ребята были в абсолютно другом настроении.

Шоджи, к примеру, был в ярости от правил, о которых, по видимому, узнал совсем недавно. Оказалось, что теория и практика засчитываются как отдельные экзамены. И вместо одной средней оценки человек получает две. Проблема была в том, что тот вообще не разбирался в практической части экзамена, а теорию знал очень хорошо, что, в принципе, было вполне ожидаемо.