— Процесс тут ну очень тонкий, — тоном научного работника какой-то супер навороченной лаборатории продолжил ничего не замечающий Кинрил. — Сначала хрупкое тело малышки начинают атаковать гормоны, включая инстинкты размножения. Потом начинает ждать зачатия. Если этого не происходит в течение выделенного организмом времени, то у женщины начинает идти кровь. В среднем в течение четырёх-пяти дней. У Шены сегодня четвёртый день. — А вот последнее мог вообще не добавлять, если не хочешь моего сиюминутного обморока! — Верно, малышка?

И где только выведать так подробно успел? Пообщался с коллегами по работе? Но сказать я ничего не могла. Шок и смущение были слишком сильны. И это, начинающее охватывать грудь, напряжение уже не возможно было игнорировать.

— Так и есть, — сделал это за меня Алуар, решивший, наконец, вмешаться в разговор, не стоя статуей самому себе.

Похлопав его по хвосту, чтобы отпустил, я осторожно перешагнула кольца хвоста нага. Чувствуя, что если сейчас мне не дадут хотя бы два метра свободы вокруг меня, то я просто взорвусь. Не знаю, что почувствовали мужчины в этот момент, но их остановил взмахом руки Кинрил, резко посерьёзневший — вот он мог что-то чувствовать, вон как напрягся. Второй знак «пошли прочь» был подан как охране, так и всем поблизости.

Грудь снова сдавило, как после пробуждения, не давая вздохнуть. Будто вакуум образовался в лёгких. Перед глазами поплыло, а уши заложило. А в голове раздался чей-то голос: «Освободись! Давай! Дыши! Ну!»

Ну. Я и дала, резко выдохнув.

Тело странно и даже привычно дёрнулось, словно меня облили ледяной водой, резко откидывая тяжесть с груди.

Вокруг же всё будто взорвалось. Вся посуда на столах осколками повзлетала в разные стороны вместе с содержимым. Люстры, чем-то напоминающие огромные земные из хрусталя, тоже разлетелись, фонтанируя искрами. Диваны повыплёвывали свою обивку. А лавочки треснули в нескольких местах.

И тогда зрение, дыхание и слух, словно по щелчку пальцев, снова вернулись, приняв прежнюю чёткость. Тело стало лёгким. В голове невероятно чисто. Правда, стоящий вокруг гул слегка смущал. Осмотревшись в его поисках, поняла, что это толпа мужчин и женщин. Первые всячески защищали перепуганных вторых, то и дело испуганно вскрикивающих.

Только одна девушка, стоящая в пяти метрах от меня, мягко улыбалась мне. Выше и чуть крупнее меня. С вьющимися крупными спиралями каштановыми волосами. Янтарного цвета глаза мягко сверкали под тонкими линиями бровей. Округлое, пухлое личико и слегка угловатая фигура выдавали в ней ещё подростка. Думаю, ей едва ли восемнадцать исполнилось.

Поняв, что я смотрю на неё, она кивнула, поздоровавшись, а потом в сопровождении двоих мужчин подошла ближе. Её избранными были: наг огромных размеров, почти с Шаэрдэша, только его тело больше выделяли мышцы, с изумрудным хвостом с перпендикулярными черно-белыми редкими полосками и ирлинг с крупными серебряными крыльями с бронзовой продольной полоской перьев в середине.

— Ого! — я схватилась за голову, оглядываясь по сторонам.

— Так бывало и раньше? — весело усмехнулась собеседница.

— Ну, не в таких масштабах, — я неловко помассировала мочку уха. — Обычно я взрывала лампочку или вырубала щитки в доме.

На это заявление девушка весело захохотала. Её мужчины только растерянно переглянулись, а потом посмотрели куда-то мне за спину. Наг опустил глаза к полу и низко поклонился, обхватив ноги своей избранницы хвостом. Ирлинг же просто кивнул, а потом крылом прикрыл спину девушки.

— Надеюсь, мне за это, — я обвела взглядом зал, где организаторы уже начинали устранять последствия, — ничего не будет? — и обернулась к Наблюдателю, подошедшему с моими выбранными.

— Не думаю, малышка, — мягко улыбнулся Кин. — Как я понял, что это происходит не в первый раз?

— Здесь такое впервые, — честно призналась я. — Дома же бывало раза два или три в месяц. А иногда и годами не происходило.

— И от чего зависело? — вот же любопытный Всё-надо-узнать-ка.

— От эмоций, — ответила за меня незнакомка и тихо посмеялась. — Не думала, что найду здесь кого-то с подобной силой! Я ничего, конечно, не взрываю, но предугадывать мысли людей всегда могла. А сейчас могу даже передавать свои! Меня, кстати, Наталья зовут. Южева Наталья Романовна, — сказала и протянула мне руку.

— Ладышева Евгения Александровна, приятно познакомиться, — протянула свою для рукопожатия. — Твоё имя не исковеркали?

— Ещё как исковеркали, — скептически заметила она. — Да, Ршаури? — и метнула этот взгляд на нага. Тот широко заулыбался и громко захохотал, почесав затылок. — Назвал Наталийа. А тебя?

— Ефгхения, — от чего-то самой смешно стало. — Но теперь меня называют Шена, потому что выговорить Женя они так и не смотри.

— Таша, — кивнула новая знакомая. — Откуда ты?