— Лера, пойдём на террасу. Позавтракаем вместе.

Игнат встречает меня, когда спускаюсь с лестницы, поставив телефон на зарядку.

Вообще, хотела быстренько перекусить и подняться к себе. Оттягивать звонок родным не планировала, но процент на батарее обнулился совсем.

Ладно, хозяину дома не отказывают. Тем более, он выполнил своё обещание.

Киваю, встречаясь взглядом с серо-зелеными глазами. Игнат стоит, широко расставив ноги и запрятав руки в карманы свободных спортивных штанов, которые сверху прикрывает футболка без рукавов. Замечаю, что дома он предпочитает удобную и качественную одежду из натуральных тканей. Без официоза, галстуков и накрахмаленных воротничков.

Как обычно, неотразим и идеален. Шикарный зараза! И уверена, знает об этом.

Невозмутимость Майского поражает. Я даже завидую этой его особенной черте. Всегда и везде он, как глыба льда, непрошибаемый и безэмоциональный. Даже если внутри бушует ураган, никогда не показывает, что скрывается под снежной корочкой.

Вот и сейчас не могу прочитать его взгляд, направленный на меня. Контролирую дыхание, что немого сбивается, когда останавливаюсь на последней ступеньке. Дальше Игнат. Загораживает проход. И, кажется, отступать пока не планирует.

Пусть и стою на ступеньку выше, без толку, все равно приходится задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза. Что я и делаю.

— Спасибо еще раз за телефон.

Говорю, чтобы разбить ту атмосферу безмолвия, что нас окружает. Потому что в данный момент мужчина меня настораживает.

— Привыкай благодарить по-другому.

Пока пытаюсь осознать его фразу, Майский перехватывает меня за талию, вдавливая в себя так, что чувствую не только его горячее крепкое тело, но и возбужденный орган, что упирается в живот. После чего склоняет голову, одновременно приподнимая подбородок двумя пальцами, и накрывает мой рот своим.

Поцелуй обжигает. Сухие чувственные губы не просто касаются вскользь, а захватывают, пробуют и ласкают. Сначала впадаю в ступор, не ожидая от мужчины такого напора и азарта. Нет, не отвечаю, но, когда чужой язык активно пытается прорвать оборону, не сопротивляюсь и приоткрываю рот. Этот собственник обследует завоевания, касаясь нёба, языка, зубов, а я упираюсь ладошками в упругую грудь мужчины и вцепляюсь пальцами в его футболку, ища опору.

Игнат ведет себя так, будто давно не виделся, успел соскучиться и теперь сообщает об этом своими действиями. Его властная рука ложится на затылок, не позволяя отвернуться. Меня просто обездвиживают, предотвращая любое сопротивление.

Хотя о нём я даже не думаю.

Пока чужой рот делает со мной всё, что ему заблагорассудится, я анализирую свои ощущения и эмоции. Мне любопытно, как первооткрывателю. Это мой первый поцелуй со школы. Да, я не целовалась почти девять лет. И не горела желанием пробовать. А вот сейчас, раз уж всё уже происходит, расслабляюсь и… радуюсь.

Мне приятно. Мне нравится. И нет никакого отторжения, страха или брезгливости. Нет дрожи ужаса, что огромный мужчина ограничивает мою свободу и покушается на моё тело.

Я даже уже не опасаюсь Майского, как было ночью. Сейчас он трезв и адекватен. Да и женскими духами не воняет. А своим терпким немного горьковатым ароматом с ноткой цитруса только раззадоривает обоняние и расслабляет.

Нет, я не возбуждаюсь и не хочу продолжения в горизонтальной плоскости, или что там предпочитает этот мужчина. Но сейчас мне, однозначно, хорошо.

— Спасибо. — выдыхаю, как только Игнат отрывается от моего рта и позволяет втянуть в легкие воздух, что там давно закончился.

Замечаю, как его глаза увеличиваются, пока он прокручивает мою благодарность в голове, и похоть в них сменяется удивлением. Одна бровь поднимается вверх, и мужчина шумно выдыхает воздух, растягивая губы в усмешке.

– Ёжик, ты не устаёшь меня поражать!

Улыбка очень идёт Майскому, делает его лицо мягче и моложе. Он словно десяток лет скидывает, становясь более живым и человечным. А не молчаливым роботом «24 на 7».

Игнат так и не отпускает меня, держа в крепких объятиях. А я не дергаюсь, даже сейчас изучая свои потребности и желания. Мне удобно в его руках. Хотя мурашки, нет-нет, да пробегают по спине, особенно при таком близком контакте с детородным органом, что давит мне в живот.

Звук урчащего живота заставляет покраснеть и смутиться, а мужчину, наконец, отступить в сторону. Перехватив за руку, он тянет меня на веранду, где уже накрыт столик на двоих.

Ох, красотища!

А аромат какой от жареного бекона и домашних колбасок!

М-ням!

Сглатываю, осматривая королевский завтрак и уже пробуя глазами и одно, и другое блюдо.

Я проголодалась. Привыкла сразу чай или кофе делать, как проснусь, а кушать позже. А тут на кухне была, а в рот ничего не закинула, вот организм и взбунтовался, подавая сигналы «sos». Нечего обманывать.