Он поднял ее на руки и отнес в комнату, где она забыла о том, что поклялась себе, что не даст Николаю Ротову больше прикоснуться к себе, а он забыл, что существует мир вокруг. Насытившись друг другом, полностью обессиленные, они уснули, не разжимая тесных объятий.

Анна повернулась на живот, что-то щекотало ее шею, она повела плечами, но щекотка переползла на спину, мешая спать. Анна потянула на себя одеяло, но и одеяло почему-то начало с нее сползать.

— Просыпайся, спящая красавица, — прошептал ей на ушко Николай, который, стянув с нее одеяло, тихонько водил пальцем по обнаженной спине. — Открой глаза, соня.

— У-у-у, — протянула Анна, улыбаясь сквозь сон. — Нет. Если я их открою, ты опять исчезнешь.

Николай рассмеялся. Он поцеловал сначала закрытые глаза, потом губы.

— Разве я похож на привидение?

Анна окончательно проснулась.

— Точь-в-точь, оно самое. Сначала до смерти пугаешь людей, а потом исчезаешь, словно тебя и не было.

— Ах, так! Значит, меня и не было, да, маленькая вреднюга? — он опустил руку ниже и погладил ее бедро. — Давай-ка освежим твою память, мисс Забывчивость.

— Это уже было, — Анна засмеялась и откатилась к стене.

— Что было?

— Мисс Забывчивость. А еще мисс Лихачество, Удивление, Незнание и Спящая Красавица, хотя насчет последней не уверена, что мне не померещилось.

Николай улыбался.

— Не померещилось. И это все?

— Кажется, все.

— Тогда, мисс Длинный Язычок, ты забыла еще одну мисс!

— Интересно какую?

— Мисс Очаровательная Попка…

— Ты! Да, ты!..

— Что я? Разве я не прав, а? Или в этом стоит убедиться? — в глазах Николая мелькнул огонек желания.

— Нет! Я верю тебе на слово! — Анна постаралась завернуться в покрывало, но Николай уже растянулся рядом и скинул покрывало на пол.

— Должен признать, что я был не прав, у тебя не только очаровательная попка, но и….

— Перестань, пожалуйста.

Анна покраснела до самых корней волос. Она еще никогда не лежала совершенно голой при свете дня, и при этом ее разглядывал мужчина и произносил свои мысли вслух. А его руки гладили ее горячее тело, которое каждой клеточкой отзывалось на его нежные прикосновения и требовало еще.

Дальнейшая жизнь Анны стала походить на сказку. Днем Николай уезжал на работу, а вечером неизменно возвращался к ней, за исключением тех ночей, когда она дежурила. Анна отказалась от дополнительных дежурств, стараясь больше времени проводить с Николаем. Он никогда не говорил с ней о будущем, не было никаких обещаний, надежд, планов. Они просто были вместе, сейчас, рядом, а остальное ее мало заботило. Она была рада ему, наслаждалась его близостью, восхищалась его силой и энергией. Их встречи были полны эротики, страсти, были пропитаны запахом любви. И уж их никак нельзя было назвать романтическими, о которых когда-то мечтала Анна. В ней словно проснулась другая женщина, страстная, нежная, любящая той любовью, от которой можно сойти с ума. Но Анна знала, что Николай отвечает ей тем же. Даже слово «любимая» для нее стало синонимом «любовница», но и это не имело никакого значения, пока он был рядом.

Лишь одна вещь омрачала ее жизнь. Она узнала, что Марина Мальцева, работавшая в четвертую смену, была любовницей Николая. Точнее Мальцева сама ей об этом сообщила, стараясь описать чуть ли не во всех подробностях их отношения. Это было настоящим ударом для Анны. С мыслью, что у Николая были женщины, она смирилась, точнее, просто старалась не думать об этом. Но знать, что Марина спала с Николаем, и тем более видеть ее каждый раз, потому что Мальцева после отпуска была совершенно без денег и работала за Наташу, было настоящей пыткой для Анны. Когда Николай пришел в отделение к Анне и встретился с Мариной, он был холоден, сдержан, но вежлив. Но просто забыл о ее существовании, перестав появляться в отделении. Для Анны дело обстояло куда сложнее, поскольку ей приходилось работать вместе с Мариной, и игнорировать ее полностью она не могла. Мальцева же, наоборот, постоянно напоминала о себе и о близости с Николаем, отравляя жизнь Анне своими откровениями. Анна старалась придавать этому как можно меньше значения, относиться ко всему философски, но это было так трудно.

Еще одной проблемой для Анны стал приближающийся приезд матери. Сможет ли она понять ее сейчас? Когда Анна уехала на квартиру с Беловым, она была обеспокоена, но горячие уверения Никиты, что они поженятся, немного успокоили их. Сейчас об этом не могло быть и речи. Николай ни разу не намекнул на серьезность их отношений. Она была любовницей красивого, высокого, самодостаточного мужчины. И она это прекрасно понимала. Но вот родители и сестра? О том, что скажет Ирина, было даже страшно подумать. Ведь она с самого начала предупреждала ее о том, что не стоит заводить близкое знакомство с Ротовым, и что из этого вышло? Хуже всего было то, что Анна знала о нем всю правду, но даже это не смогло вовремя вразумить ее. Анна не думала о будущем. Она жила настоящим и не строила воздушных замков. Она знала, что не сможет долго удержать возле себя такого мужчину, как Николай, но была благодарна судьбе за то, что та свела их вместе. Поэтому она держала все свои тревоги в себе, не давая ни малейшего шанса кому-либо в чем-либо упрекнуть ее или Николая, и омрачить тот краткий миг, который подарила им судьба.

Однако спокойствию не суждено было длиться вечно. Она была беременна. У нее уже давно была задержка месячных, но Анна не придавала этому никакого значения, потому что Николай был очень осторожен, за исключением той первой ночи. И вот лежащий перед глазами тест на беременность, говорил совершенно об обратном.

Анна не знала — радоваться ей или плакать. Она так мечтала и хотела иметь ребенка, и вот, наконец, она забеременела от любимого мужчины. Но Николай давно и ясно дал понять, что не имеет никакого желания становиться отцом и постоянно слушать плач и нытье сопливых ребятишек.