А потом — и закричала, радостно и довольно…

Пояс… Перед Лешкиными глазами сверкал вышитыми золотыми кошечками пояс… Шелковый такой, зеленый…

Пояс…

— Что-то не так? — дернулась девушка, и Лешка постарался прогнать от себя посторонние — в этот момент, уж точно, посторонние — мысли…

Но вот потом…

Он вытянулся в траве, с удовольствием ощущая, как нежно щекочут кожу травинки. Погладил прильнувшую к нему девушку по плечу.

Пояс… При чем тут пояс?

А при том!

Ну, точно… В голове старшего тавуллярия словно бы включился компьютер. Зеленый шелковы пояс с вышитыми золотыми нитками кошечками. Такие только что продавали на «святом Николае», и местные модницы их с удовольствием покупали. Вот и Пелагея купила или, скорее всего, подарил кто-нибудь… Кто-нибудь… Да Парос — кто же еще-то? Кажется, в корчме речь шла о каких-то подарках… Стоп!

Алексей во всех подробностях вспомнил всю сцену швартовки «Святого Николая». Вот судно подходит к причалу, швартуется. Спускают парадный трап, к нему, по причалу, идут празднично одетые люди, и среди них — Пелагея с Паросом. На Пелагее карминно-красные бусы и пояс. Шелковый, зеленый, с золотыми кошечками. Вот этот.

И появился он до того, как все хлынули на корабль! До! А не после.

Значит, тут можно кое-что предположить, очень даже можно… Что же, выходит, наш таинственный инкогнито — Парос?!

— Послушай-ка, у этого твоего знакомого верзилы… Пароса… есть баркас?

— Есть, — тут же отозвалась Пелагея. — И очень вместительный, пожалуй, что самый большой на острове. А почему ты спрашиваешь?

— Так… Этот твой Парос…

— Он не мой, понял?! — расслабленная красавица в миг превратилась в тигрицу! — Если этот дурень по мне воздыхает, так это еще не значит, что пользуется взаимностью. И вообще, я боюсь таких огромных мужчин — пусть лучше любит кого-нибудь себе под стать: коров там, кобыл, ну, я не знаю… И еще устраивает какие-то тайны, куда-то таскается раненько по утрам — наверное, завел себе любовницу, гад, а еще ко мне клеится! Как-нибудь обязательно за ним прослежу, вот, соберусь, и прослежу. Застану обоих — пускай потом попробует показаться мне на глаза, орясина подлая!

— Ладно, ладно, не кипятись, почем зря!

Вышедшую из себя девчонку нужно было как можно быстрей успокоить… и Лешка хорошо знал — как.

Парос! Значит, Парос!

Его не было вчера вечером — ага, выплыл заранее, поджидал «Святой Николай» на рейде, боялся пропустить. Хм… Интересно, почему бандиты просто не выгрузились у причала? Не хотели лишних глаз? Очень может быть. Или — у них на острове имеется какой-то схрон, к которому куда удобней добраться по морю — и тогда совершенно логично там же, поблизости и выгрузиться. Что они и сделали. А он ведь не так уж и далеко, этот схрон! Ну, точно — близко. Так, так… Попробуем вычислить. Итак, «Святой Николай» подошел к острову на рассвете, тогда же бандиты перегрузили добычу на баркас… И Парос еще при этом успел на встречу судна! Сколько это по времени? Часа три, много — четыре. Допустим, баркасу надо добраться до схрона, выгрузиться — на все про все минимум час. Час. Так ведь тогда выходит, что этот самый схрон находится где-то поблизости, можно сказать — рядом!

Да, и Парос сегодня после полудня снова ушел. К лиходеям?

Насвистывая, Алексей вышел из своего закутка и, разбудив Ореста, справился, нет ли у него в подчинении каких-нибудь ловких и быстрых парней.

— Парней? — усмехнулся сотник. — Да у меня все — парни, девок нет! Ловких и быстрых? Так недотеп в морской пехоте не держат.

— Желательно, знаешь, чтоб были откуда-нибудь из горной местности, ну, на худой конец, из леса… Что б и лес, и горы знали, как свои пять пальцев. И море — тоже.

— Хм, — Орест задумался. — Не знаю даже, кого тебе и назвать… Хотя… Есть один парень! Антиной, из Фракии — там и горы, и лес. Ловок, хитер, ухватист — мы иногда поручаем ему всякие щекотливые дела… ну, об этом распространяться не буду. Выпьем?

— Охотно. Только сначала покажи мне этого парня.

— Хорошо, — сотник потянулся за кувшином и одновременно крикнул. — Эй, часовой!

— Я, господин сотник! — тут же откликнулись с кормовой палубы.

— Покличь-ка мне Антиноя.

Антиной явился минут через пять, когда Алексей с Орестом уже успели пропустить по стаканчику Родосского.

Постучал, вошел, доложил, как положено:

— Явился по вашему приказанию, господин сотник!

Лешка с недоверием рассматривал юношу — слишком уж молодо тот выглядел. Да и вообще, прямо сказать, не производил особого впечатления. Смугл, тощ, белокур, росточком тоже не вышел. Что такой сможет?

Однако, внешнее впечатление часто бывает обманчивым, ну, и непосредственный начальник парня Орест, похоже, ничуть в нем не сомневался. А ведь кому и знать собственных бойцов, как не их командиру?

— Поступаешь в распоряжение господина старшего тавуллярия, — вытерев губы, негромко приказал сотник. — Будешь делать то, что он тебе скажет.

— Прямо сейчас оденешься понезаметнее — я спрошу такую одежку у капитана — и затаишься на берегу, возле деревни, у какого дома — я покажу. Будешь дожидаться одного местного парня — верзилу косая сажено в плечах…

Алексей быстро описал Пароса.

— На протяжении суток станешь его тенью, куда он — туда и ты. Обо всем доложишь после смены… Есть, кем его сменить, Орест?