Шрифт:
Народ замирает и, затаив дыхание, слушает одну из лучших песен Высоцкого – пронзительную правду о прошедшей войне. Все долго молчат, когда песня закончилась. Первым оживляется Димон:
– Песня, правда, отличная, но твой «Десантный батальон» ничем не хуже, спой ребятам.
Пою и «Батальон», потом, естественно, «Крюково». Все сидят серьезные, задумчивые, и не скажешь, что недавно «Черного кота» весело горланили. Самое время нам с Соней дуэтом спеть.
– Друзья, сейчас впервые прозвучит новая песня «Эхо любви», и вы станете ее первыми слушателями. А помочь мне любезно согласилась Соня Ротару – молодая певица из Черновцов.
Мы встаем рядом, я начинаю наигрывать на гитаре вступление. Первый куплет пою один, как и договорились:
Покроется небо пылинками звездИ выгнутся ветви упруго.Тебя я услышу за тысячу верст:Мы – эхо, мы – эхо,Мы долгое эхо друг друга.Второй куплет поет Соня. Голос звонкий, пронзительный. Но поет она с чувством, вкладывая всю душу:
И мне до тебя, где бы я ни была,Дотронуться сердцем нетрудно.Опять нас любовь за собой позвала,Мы – нежность, мы – нежность,Мы вечная нежность друг друга [5] .5
Песня «Эхо любви», слова Р. Рождественского.
Ну а третий куплет мы поем уже вместе, дуэтом. Соня приглушает свою звонкость, и наши голоса красиво сплетаются. Может, и неидеально, но для первого раза отлично. Нам долго хлопают, заставляют исполнить на «бис» еще раз. Соня раскраснелась, глаза блестят – картинка, а не девушка! Я чувствую, как кровь начинает бурлить у меня в жилах. Если бы не Вика…
Время давно уже перевалило за полночь, пора расходиться.
– Как же не хочется прощаться… – вздыхает Ясь. – А знаете что, давайте здесь встречать Новый год, а? Нет, правда, приезжайте!
– У нас у всех девушки, одним номером дело не обойдется! – смеется Димон.
– Ерунда! Можно вообще с местными договориться и снять дом на праздники. Здесь многие так делают.
– А что? Это идея! – загораются Димон с Левкой.
Все начинают обмениваться адресами и телефонами, чтобы созвониться в конце декабря. А я, поколебавшись, все-таки иду провожать Соню.
К ночи снова похолодало, и с неба посыпался мелкий снежок. Я замотал шарфом горло, поплотнее запахнул куртку и натянул на лоб лыжную шапочку. Простужаться мне сейчас категорически нельзя. Но, к счастью, идти оказалось недалеко. Компания Сони снимала дом на окраине Славского, и до него было от силы минут двадцать. Друзья девушки ушли чуть вперед, а мы с ней приотстали и шли последними. Соня молчала, явно смущенная вниманием взрослого парня, подружки то и дело оглядывались на нас и по-девчоночьи хихикали. Грубиян Миша посылал в мою сторону такие убийственные взгляды, что чуть не испепелил меня на месте. Дурачок какой-то…
Разговор в основном поддерживал я:
– Сонь, а чего вы в Славское приехали? У вас вроде под боком и свои склоны неплохие?
– У нас пока снега меньше, а на лыжах покататься очень хотелось – вот и выбрались на выходные.
– А чего сегодня не уехали? – улыбаюсь я.
– Да Маринка всех подговорила остаться, – смущается Соня, – у нее старший брат в львовском Политехе учится, вот и…
– Не жалеешь теперь?
– Ты что?! – распахивает глаза девушка. – Где бы мы еще столько новых песен услышали за один раз? А так мы быстро разделились – парни мелодии запоминали, девчонки слова записывали. Теперь можно будет какие-то песни в репертуар нашего ансамбля включить.
– А у вас уже есть ансамбль?
– Ну… пока скорее самодеятельный коллектив народной песни при нашем училище. Но мы и эстрадные песни тоже хотим исполнять.
Ох уж эти мне народные песни… И дело-то в принципе неплохое, но какой-то явный перебор в стране с ними. Власти хотят вроде как лучше сделать, а в результате происходит обособление культуры по национальному признаку.
– А с военной тематикой у вас песни есть?
– Пока нет, – вздыхает юная певица.
– Вот и зря. Впереди двадцатилетие Победы, вам обязательно нужно подготовить несколько песен для выступлений. Вдруг опять в Киев или Москву отправят? Например, «Смуглянка» – почему бы тебе ее не исполнить?
– «Смуглянка»?
– Ну да. Там же хороший дуэт может получиться – парень и девушка.
Соня надолго задумывается, видно, что эта мысль захватила ее. Наблюдать за ней одно удовольствие, она сейчас как открытая книга – на юном личике читаются все мысли и эмоции. А уж эта трогательная ямочка на подбородке… И ее легкая увлеченность мною тоже приятна. Вот честное слово, если бы не Вика – может, и не удержался бы, закрутил с ней роман. Но Соня почти еще ребенок, наивный и чистый. И вмешиваться в ее судьбу, перекраивая все в ней на новый лад, мне точно не стоит. Помочь – да. Подкинуть песен – не вопрос. Могу даже с Фурцевой поговорить о талантливой девушке из Черновцов. Но на этом, пожалуй, стоит остановиться. Хотя…
– Сонь, а вы завтра когда уезжаете?
– В обед, наверное. А что? – выныривает она из своих мечтаний.
– Приходи завтра на склон Политехника, на доске с нами покатаешься.
Меня захватила мысль об обложке с Ротару. На Западе, по словам Аджубея, наш журнал тоже рвут из рук – такая неожиданная «бомба» прилетела из Союза. А если еще и вторым номером «подогреть» прогрессивную западную общественность…
– Правда?! – В голосе столько детского восторга, что я на миг чувствую себя всемогущим волшебником. А заодно и старым прожженным интриганом.