— Уруны.

Уруны, вывезшие амадин и сокровища из Пельяна? Впрочем, чему я удивляюсь? Племя вполне могло обосноваться здесь, под защитой Огненного моря.

— Если это уруны… — произнес Кайд, и я окончила его фразу:

— …то амадин у них.

— Деревня небольшая, — начал Ксандр посвящать нас в свой спонтанный план. — Домов тридцать… Может, в роще еще с десяток. Сотня жителей. Приведем людей с «Бреасы», соберем все оружие и захватим их.

— Там же дети! — повысила я голос.

— А как по-другому отнять у них то, что предками даровано им на хранение?

— Капитан, однажды ты меня не послушал, — настаивала я. — Прислушайся хотя бы сейчас. Мы на Нертоне. От амадина нас отделяет один шаг. Он должен быть правильным. Иначе мы никогда не узнаем, что это: другой мир или… книга? — Это слово далось мне слишком тяжело. — Потому что нас убьют.

— Хорошо. Что ты предлагаешь? — сдался он.

Я взглянула на Шанарда. Единственный, кто сейчас способен здраво мыслить, — это он.

— Прикажите людям сложить оружие, — сказал он. — Мы выйдем к ним с миром. Расскажем свою историю. Вашу историю. Честно признаемся, зачем мы здесь, и между делом уточним, что у побережья стоит наш корабль, пушками направленный на остров.

— Мы же не будем по ним стрелять? — ужаснулась я.

— Мы лишь покажем свою силу. Аврора, я не убиваю детей. Но интуиция подсказывает мне, что это лишь одно поселение.

— Одно? — недопонял Кайд.

— Одно из многих.

В воздухе повисло молчание. Трудно было поспорить с разумным предположением.

— Сложить оружие! — приказал Ксандр, тоже скидывая свое в кучу. — Ты, — он указал на ближайшего матроса, — будешь охранять. Не смей нападать, стрелять, сбегать. Ослушаешься, я отрежу тебе уши.

— Да, капитан, — буркнул тот.

— Остальные за мной.

Мы вышли из леса, сразу привлекая внимание темнокожих дикарей. Но женщины не хватали детей и не скрывались в хижинах, мужчины не брались за оружие. Нас разглядывали с любопытством и каким-то чистым восторгом. Перешептываясь, некоторые даже улыбались, когда мы неторопливо шли по широкой улочке. Совсем не так, как нас встречали на Уцабора и Плиесе.

— Кто здесь главный?! — громко обратился Ксандр к обступившим нас кольцом жителям.

К нам вышла низкорослая девушка в длинном платье. Ее жгуче-черные волосы были заплетены в тонкие косички и собраны в хвост. Кожа отливала темным шоколадом. Полные губы изогнулись в притягательной улыбке, а светло-карие глаза заблестели.

— Селина, — представилась она тонким голосом, немного шепелявя, скорее из-за акцента. — Я главенствую в нашей общине и с радостью принимаю вас у нас в гостях.

Мы переглянулись.

— С радостью? — удивилась я.

— Конечно. Мы ведь много десятилетий ждали вас.

— Вы… ждали… нас? — переспросил Ксандр.

— Вас троих. — Селина оглядела всю нашу толпу. — Кто те трое, что прибыли сюда из другого мира?

Наши с Ксандром взгляды встретились.

— Нас двое, — ответили мы в голос.

— Нет, вас должно быть трое.

— Третий не прибыл, — пояснила я. — Королевских дел слишком много.

— Очень жаль. Пророчество не сбудется, если вы не объединитесь, — погрустнела Селина.

— Какое пророчество? — спросил Ксандр.

— Проклятие трех. Цена амадина. Вы разве ничего не знаете? — Девушка была искренне поражена. — Ступайте за мной. А ваших людей пока накормят.

Селина не источала зло, и мы дружно доверились ей.

— Нет-нет, — остановила она нас, заметив, что Шанард и Кайд идут с нами. — Только они. Вам туда нельзя.

Я повернулась к Шанарду, и он поднес мои руки к своим губам.

— Аврора… — заволновался он. — Что бы ни случилось, помни, я люблю тебя. Вернешься ты домой или останешься здесь, на мои чувства к тебе твой выбор не повлияет.

— Шанард, я хочу остаться, — ответила я. — Но я должна во всем разобраться. Помни, что я не прощаюсь, милый.

Он поцеловал меня в губы, нехотя отпустил и сделал шаг назад. У меня защемило сердце. Между всеми нами все только начиналось, нельзя это вот так прерывать, с горечью на губах, с траурной печалью на лицах. Я взглянула на Кайда и тихо попросила его:

— Присмотри за ним.

Улыбнувшись, он кивнул, и мы с Ксандром пошли за Селиной.

— Странно, что вы ничего не знаете, — говорила она, выводя нас из деревни и провожая куда-то вверх по каменистому склону. — Зачем же вы тогда преодолели столь долгий и опасный путь?