— Знаешь, милая, я помню, как нашел тебя, такую замерзшую, запуганную. Но твои глаза… — Фил улыбается с какой-то ностальгией. — В твоих глазах я увидел силу и стойкость. Да и поступила ты не так, как все. Другая бы переспала с директором детдома, надеясь, что он поможет ей в будущем. А ты предпочла сдохнуть на стройке от голода и холода, но не позволила этому мужику себя коснуться. Я восхищался тобой, Лиза. Мы бы вместе могли горы свернуть.

— Прямо Бонни и Клайд питерского разлива, — не сдержала я горькую усмешку. — Фил, мне это больше не надо.

Но его уже не остановить. Я нашла ответ на свой вопрос. Теперь знаю, какого черта надо Филу. Особенно после его слов. Внезапно вспоминаю парня, который начал оказывать мне знаки внимания на первом курсе. Были и другие, но этот мне нравился. Я держала со всеми дистанцию, подпускала, но не близко, а этот был таким добрым и обаятельным. Я почти влюбилась и через несколько месяцев рассказала Филу. Он вроде бы отнесся равнодушно, но не прошло и недели, как мой парень заявил, что переводится в другой институт и нам не по пути. Меня снова бросили. И снова вытащил меня из трагедии первой любви Фил.

А просто ли так ни с того ни с сего меня снова бросили? Больше с парнями я не пыталась завязать отношений. Да и не до того было, учитывая, что я планировала свою месть, а Фил мне в этом помогал.

Да, он прав. Мне хватало и его. Тогда, но не сейчас. Только для него ничего не изменилось.

— Ты не уйдешь от меня, — улыбается Фил и снова подходит.

Теперь я вижу больше, когда приходит осознание. И мне не остановить его напор.

Но я понимаю, что должна хоть что-то сделать. Бороться. Не за себя — за будущее своего ребенка.

Снова поднимаю руку с сумкой, но Фил успевает перехватить ее до замаха и впечатывает в окно. Стекло не выдерживает. Оглушительный звон, боль в руке — и меня осыпают осколки. Мелкие сыплются и прилипают к коже, а большие то падают мимо, то больно режут. Фила тоже коснулось. Он одергивает порезанную руку, и я снова бью со всей силы сумкой, а потом, не обращая внимания на дискомфорт от стекла, бегу к выходу.

Уверена, он нагонит меня, когда еще не успею добежать до улицы, но прихожу в себя только черт пойми где. Дыхания уже не хватает, легкие жжет, голова кружится. И я останавливаюсь в каком-то дворе, не понимая, где нахожусь. Вряд ли я смогла далеко убежать.

Присев на скамейку возле подъезда, ищу телефон в сумке, но он как сквозь землю провалился. Скорее всего, выпал, когда я размахивала ею.

Вытираю неожиданно покатившиеся слезы и хватаю за запястье вышедшего из подъезда парня.

— Извините, — прошу, — можно позвонить?

Он, вероятно, принимает меня за сумасшедшую. Еще бы, сидит женщина в слезах и порезах, в волосах и на одежде, скорее всего, стекло, ладонь так вообще вся в крови.

— Пожалуйста, — снова говорю, и парень протягивает мне мобильный. — Набери сам, — смотрю на свои окровавленные и дрожащие руки.

— Говорите.

Закрываю глаза, вспоминая номер, который видела всего один раз. Но мне, конечно, хватило. Диктую цифры и, взяв смартфон из протянутой руки парня, прикладываю к уху.

Гудок за гудком…

«Только ты не оставляй меня», — мысленно молю, и она будто слышит мой немой вопль.

— Слушаю, — раздается слегка запыхавшийся голос.

— Рада, — к слезам прибавляются рыдания, и больше не могу выдавить из себя ни слова.

— Деточка, — теперь голос взволнован, — что случилось, ты где?

— А ты где? В Питере? — на эти вопросы, которые вряд ли можно было разобрать сквозь рыдания, мне понадобилось несколько минут, но Рада меня понимает.

— Да, в отеле «Four seasons». Приедешь или мне тебя забрать?

— Приеду, — отвечаю, чуть успокоившись, когда понимаю, что мне есть куда поехать.

— Буду ждать в холле.

Отдав пареньку телефон, спрашиваю у него:

— Какой здесь адрес?

Он называет и с сочувствием интересуется:

— Может, вам такси вызвать?

— Да, — киваю я.

— Куда?

— Вознесенский проспект, 1.

— Через две минуты будет машина, — опустив смартфон в карман, отвечает он. — Деньгами помочь? У меня есть немного.

Я улыбаюсь и, проверив наличие кошелька в сумке, качаю головой:

— Не стоит, спасибо, — даже пытаюсь улыбнуться, а он все равно стоит и чего-то ждет. — Тебя хорошо родители воспитали, ты не бросил человека в беде, — зачем-то высказываю никому не нужное мнение.

— Они классные, — улыбается парень и кивает на подъехавшую машину: — А вот и ваше такси.