Она плюхнулась на свежую солому, прислонилась спиной к стойлу и обняла сидевшего на коленях кота.

— Я устала, — прошептала она.

Муфаса насторожил уши.

— И мне больно. — Везде. Грудь болела, словно ее обмотали резиновыми жгутами. Мышцы живота, мышцы бедер, мышцы внутренней поверхности бедра. Ну, она знала, почему внизу все болит, и она не собиралась думать о причинах. Потому что в последний раз Джейк подхватил руками ее колени, задирая ноги повыше, чтобы он мог войти глубже и…

Черт бы его побрал. Глаза жгли слезы, и ком в животе стал тяжелее. Она прижалась щекой к пушистой голове Муфасы и печально вздохнула. Кайли смирилась с тем, что у нее нет любящей семьи. Но неужели она так многого просит — быть с парнем, который хочет ее? Пусть даже он и не любит ее. Другим женщинам это удалось… почему же у нее не получилось, черт возьми?

Она не нашла ответа и никогда не найдет.

Вместо этого она погладила кота и подумала о том, как отреагировал Джейк в палатке на ее признание и о том, как он так тщательно избегал отношений после своей девушки.

— Муфаса, я не смогу с этим бороться. Даже если бы я не ляпнула, что… он все равно бросил бы меня рано или поздно.

Она вступила в эту связь с широко открытыми глазами — никто не мог сказать, что Джейк солгал ей, — но ее чувства изменились. Джейк дал понять, что не хочет ее любви, и она не будет и не может раскачиваться на эмоциональных качелях. Кайли потерла грудь. Сколько раз можно выжить, после того как тебя отвергнут люди, которых ты любишь?

Услышав звук колес машины по гравию, она поднял голову. Джейк? У Кайли перехватило дыхание. Муфаса соскользнул с колен, чтобы подойти к двери и выглянуть наружу. Кайли поднялась на ноги, ее сердце колотилось как бешеное и замирало. Нет, с ним покончено. Даже если это Джейк, она не собирается переворачиваться животом кверху, как глупая собака, которая любит человека, неважно, как плохо тот к ней относился. Она остановилась рядом с Муфасой.

— Я не собака, я — кошка. Ударишь меня — и я уйду, верно, Муфаса?

Пушистая голова ткнулась в ее ногу в знак согласия.

Она вышла из сарая и увидела легковую машину, не пикап. Мужчина как раз вышел из машины, и она узнала рыже-каштановые волосы и его коренастую фигуру.

— Привет, Дэвид, — равнодушно поздоровалась она. — Что привело тебя в горы? Ты доставляешь какие-то покупки?

Не говоря ни слова, он подошел к ней. Его карие глаза смотрели на нее… странно.

— Кайли. Я поехал к тебе, когда увидел… — его лицо омрачилось. — Я закрыл магазин пораньше, чтобы выехать к тебе.

Но он никогда рано не закрывался.

— И зачем же?

— Я говорил с Джейком сегодня утром.

С Джейком? Она выпрямила спину и произнесла тоном, которым тетя Пенни разговаривала с грубыми продавцами:

— Прошу прощения?

— Ты больше не с ним, правда?

— Не твое дело.

— Но это правда, — он схватил ее за плечо одной рукой и встряхнул. Его рот раскрывался, как у рыбы, выброшенной на берег. — Этот ублюдок для тебя не годится. Ты слишком хороша для него. Нет, — он снова ее встряхнул. — Но есть мы. Нам суждено быть вместе. Ты должна стать моей.

Неужели он сошел с ума?

— Послушай, Дэвид, я польщена, что ты…

— Ты можешь переехать ко мне, — прервал он ее и теперь говорил так быстро, что она едва успевала его понять. — В любом случае тебе не следует жить здесь в толпе мужчин, хотя они и твои кузены. — От того, как быстро поменялось выражение его лица: от радости к гневу, ее нервы натянулись, как струны. — И мне не нравится это сотрудничество с Хантами.

— По-моему, ты немного спешишь. Мы лишь дважды ходили на свидание, — она попыталась освободиться, но он не отпустил.

— Ну, и нормально. Мы узнаем друг друга лучше. — И снова эта перемена, будто он полностью во власти эмоций.

Румянец на его лице и то, как он смотрел на ее грудь, вызывали тревогу. Ее кожа похолодела, несмотря на вечернюю жару. С нее достаточно. Она не хотела его бить, поэтому скинула его руку с плеча и сделала шаг назад.

— Ты мне нравишься, Дэвид, — но я в этом не уверена сейчас, — но меня не интересуют новые отношения. Ни с кем, правда, в течение долгого-долгого времени. Я просто не собираюсь…

— Это из-за ублюдка Ханта. Он причинил тебе боль.

Причинил боль? Вырвал сердце у нее из груди.

— Я не хочу об этом говорить. Просто…

— Знаешь, он уехал из города, — Дэвид потянулся к ней, и она снова отступила., - Закупил продуктов, по меньшей мере, на неделю. Он отправился на рыбалку. Без тебя. Он…

Слова, которые он сумбурно буквально выплевывал, неприятно уязвили ее, и она отступила еще на шаг. Ее горло сковало болью, и единственное слово, которое она смогла выдавить из себя было: