Словно почувствовав мой восторг, он вспыхнул ярче. Что-то капнуло мне на нос . Присмотревшись , я увидела, что по одной моей руке белым мутным ручейком стекает…воск. Откуда? И что, черт возьми, это значит?! И вот веревка рвется. Я с изумлением рассматриваю свои руки. Руки, опутанные рунами. Одна светилась золотыми узорами, а другая сверкала серебром.

А огонек, вспыхивавший на моих руках, стал успокаиваться.

– Куда? А ноги?!- возмутилась я.

Я посмотрела вниз, на ноги, которыми я все еще не могла пошевелить. Язычок пламени, застывший на пожухлой траве, вдруг пришел в движение. Мир вокруг меня снова ожил. Подгоняемый ветром, огонь перекинулся на сухой хворост у моих ног. Перепрыгивая с ветки на ветку , он стремительно разгорался. Треск ломаемых деревьев, визг псов, страшный рев драконов снова с оглушительным шумом навалились на меня.

Чуда не случилось – я все еще была пленницей, и скоро превращусь в жареного кабанчика. И я завизжала. Так, как не визжала никогда. Я в отчаянии махала руками, чтобы удержать равновесие, а огонь, перепрыгнув с горящих веток, снова взялся за мое платье. Мгновение – и мой "наряд" вспыхнул, словно факел. Огонь гудел, яростно взбираясь вверх по сосне, к которой я была привязана, отгораживая страшной стеной меня от всего окружающего . И вот что-то ведь было не так! Все горит, даже от моего платья остался только пепел. А мне не больно! Огонь, словно нежным коконом окружил меня. Веревки внизу вспыхнули огненными змеями и исчезли. А я, потеряв точку опоры, в странном ступоре стала заваливаться вперед. Обгорелая , дымившаяся земля стремительно приближалась к моему лицу.

Краем глаза я заметила движение возле меня, на мгновение передо мной блеснула серебристой чешуей страшная когтистая лапа. В следующее же мгновение я шлепнулась, впечатавшись носом в пружинящее нечто. В нечто серебристое с черными перепонками.

Кажется, меня взяли на крыло. Очень хотелось упасть в обморок. Но тогда я рисковала скатиться на стремительно удалявшуюся землю. Поэтому, я из последних сил схватилась за край крыла. Ящер, уносивший меня прочь, петлял между деревьями, быстро набирая высоту. Огромные ветви деревьев то и дело мелькали мимо меня. Пару раз я смогла от них увернуться, но не от последней. Она хлестнула меня с такой силой, что звездочки на мгновение вспыхнули передо мной и погасли…

В то самое мгновение, когда я пришла в себя, то поняла, что я кубарем качусь по огромному крылу вниз. Еще немного, и мне придется ловить в воздухе его покрытый шипами хвост. Но свалиться я не успела, потому что дракон изменил направление движения и с высоты стремительно понесся вниз к блеснувшей между деревьями реке. Я на секунду остановила свое падение, меня развернуло, и я покатилась в другую сторону.

Его огромная рогатая голова время от времени поворачивалась ко мне. Оскал его жуткой морды почему-то напомнил мне язвительную ухмылку. Я просто вспыхнула от злости и обиды. Причем, не в переносном, а в буквальном смысле. Если до того по моему телу то и дело пробегали искорки и вспыхивали язычки розово-голубого пламени, то сейчас по огромному крылу кубарем несся огненный шар по имени Мари Ализарин.

Дракон снова развернулся и полетел вверх. А я сделала в воздухе кульбит и изменила направление своего падения. А затем он снова полетел вниз. Так и порхала я, словно огненный мячик от пинг-понга до самой воды.

Дракон изящно, словно серебристая стрела вошел в воду. А я же влетела в реку, шипя, разбрызгивая искры и извергая пар из-под своего тела.

Вдоволь нахлебавшись воды, распугав рыбешек, я, наконец-то потухла и выплыла на поверхность. На этом мои злоключения не закончились. Чьи-то сильные руки оплели меня и прижали к телу. Я замерла, а затем поерзала плечами – нужно же было мне знать, что за зверь меня прижал к себе. Оборотни меня уже тискали и жгли, драконы – снова тискали и пытались утопить. Так что я уже не знала, чего мне ожидать от этого моего нового мира, и от того, кто прижимал меня к своей груди.

– Замри! – раздался над ухом тихий голос.

Я замерла. И, к своему ужасу и стыду, тотчас поняла , что стою в воде практически голая. Потому что последние уцелевшие от огня лоскутки моего платья только что проплыли мимо меня. Я поспешно подняла руку, пытаясь прикрыть грудь – но место там уже было занято. Твердая мужская рука нагло расположилась на моей груди. Почему мужская? Да потому что его твердый… пипка - щекотун уперся мне просто в попу. Я , уже почти в истерике, решив изменить его положение, подняла колени – и сделала только хуже. Мужчина хмыкнул.

– Да так мне самому и делать-то ничего не надо.

Я снова замерла. А затем я вдруг оказалась перекинута через его плечо. И меня, бережно придерживая за ноги и попу, несли на берег.

Я, конечно же, была , не описать, как возмущена и все равно затихла. Мужчина был необыкновенно силен. Поджарый, худощавый, его ягодицы – словно крепкий орех сверкали перед моим взглядом. Сколько я ни приседала в свое время, так и не смогла добиться подобной идеальной формы. Я была почти обездвижена, но не покорилась и гордо свисала с чужого плеча, всем своим видом выражая крайнее возмущение…

Глава 23. След

Чтобы не растягивать надолго расследование, Кейден решил начать поиски с двух сторон. Часть его лучших следопытов и поисковиков проследуют от того места, где нашли раненую Ирис , а вторая часть его команды начнет поиски с того самого места, где ее кортеж пересек границу.

А сам же, отправив своих лучших следопытов по следам оборотней и сестры, дракон полетел на зов. Метка, оставленная им на запястье девушки , огненными нитями указывала видимый только ему путь. Огненные нити какое-то время вибрировали так, словно девчонке нужна была срочная помощь. Ему не понадобилось много времени, чтобы долететь до пылающего леса. Но, сделав несколько кругов вокруг поляны, Кейден убедился, что его кошечки здесь нет. Да и рунные нити к этому времени успокоились. Небось, кто-то слишком пылко решил поухаживать за его девочкой. Но для того он и наложил на девушку свою метку, чтобы никто к ней не смог с любовным пылом подкатывать. Подкатить то наглец мог, - Кейден злорадно усмехнулся, но закончится для ухажора это "мероприятие" плачевно.