Так зачем я пишу эту очередную предсмертную записку, если мир исчезнет вместе с моим исчезновением? Ну, так сомнения в вере никто не отменял, если есть эти кто. А вдруг мир это не мой глюк? Вдруг, если у меня получиться умереть и сгинуть, мир не сгинет? Вдруг, дети мои не сгинут до поры до времени, а то и вовсе? То пусть знают, что я убил себя не потому, что их не любил, но потому, что не верил в своё бытие и в их реальность. А любить-то любил и переживал за них, за то, как им жить, как на жизнь зарабатывать, как пару им себе найти, как поститься и питаться только полезной пищей, чтобы не болеть, не сгинуть и быть вечно.

Кроме того, мир сей, скорее всего всё-таки пребудет, даже после моей кончины, уж таким я его сделал и даже в книжечках об том пометочка имеется: «И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал» (Быт.2:2). А это значит, что, несмотря на то, что Аз погрузился в Шаббат, День Седьмой, т. е. умер, мир не исчез, но продолжил быть даже до тех пор когда воскрес и так далее. Хотя, пока я был мёртв, в мире столько говна приключилось: грехопадение, потоп, Вавилон, Содом, Гоморра и прочее. Они, конечно, списали всё на меня, но это просто карма, причины и последствия выбора их коллективного бессознательного, чаще всего.

В связи с чем данную записку прошу считать, в случае реальности мира вне моего в нём присутствия, так же и завещанием, имеющим юридическую силу и всё моё наследие, каковое будет признано моим, завещаю моим детям. Все гонорары за произведения искусств пусть они вместо меня получают. Мой домик в деревне не берегу лесной речушки (не прокладывайте туда, сюда, асфальтированной дороги, дабы не засрали местечко благое), однако, пусть будет домом-музеем Создателя этого мира, но детям моим и их детям и детям их детей до бесконечности, чтобы всегда разрешалось, в случае надобности, в нём дневать, ночевать и молиться, а то и вовсе быть в нём пожизненными работниками-экскурсоводами и хранителями моего наследия, пожизненно и династически. Даже можете назвать мою хибарку Храмом, а то и Церковью, не побоюсь этого слова. Очень уж это смахивает на указание Моисея относительно детей брата своего Аарона и вообще колена Левитова. Всё повторяется. Странно, что Моисей не позаботился о трудоустройстве своих детей и детях сестры своей Мариам. Или всё-таки позаботился, но об этом мало известно, по крайней мере, гоям, люмпенам и плебеям? А мне вспоминать не досуг, как там без меня эти евреи быт свой налаживали от имени моего.

Меня больше занимает моё убеждение, что, как пел Саша Васильев:

«Ты самый желанный, самый любимый,

Твой портрет в желтой прессе на первой странице

И ты понимаешь – тебе это снится…

Нам всем это снится» [19]

Точнее, это пел я, расщепившись на Сашу Васильева и группу «Сплин» в числе прочих. И всё вокруг, точнее я, расщепившись на всё вокруг, только подтверждал постоянно, что мой мир это иллюзия, хаотично-структурированная фантазия угасающей активности моего мозга после очередной гибели, сон во сне. Мне только одно не понятно: почему сам по себе я такой тупой и бездарный, в то время как в своих аватарах гениален до нельзя? Аномалия какая-то. Может Саша всё-таки прав совсем в другой песне:

«Значит всё наяву, ничего не приснилось» [20]

Простите, если вы есть, но я вас стираю вместе с собой. На моих часах сейчас три минуты четвёртого ночи [21] , а это значит – пора. Что-то всё-таки смерть разрешит, раскроет, объяснит – угаснет всё или вспыхнет новыми красками, но что-то я получу от смерти.

Ухожу из этого мира, если вы реальны, то встречу вас там. Хотел бы встретить. Если не реальны, то рано или поздно туман рассеется, и всё равно пропадёте, тогда уж лучше теперь, с сомнением в реальности быть невыносимо. Если Бог есть, то и для вас там у Него есть местечко, а если бы не было, тогда бы я приготовил его вам, для этого и ухожу, если вы реальны. И если я реален. Скорее всего, никто не реален, а жаль. А я бы так хотел любить вас, жить для вас и умирать для вас ещё много, много, много, много, много раз. До свидания. До побачення. Либо прощайте.

«Ай-яй-яй! Моя жизнь мне снится!» [22]

01:01

Хочешь увидеть Рай, взгляни на звёзды в ночном небе, предложил как-то святой. По-своему он прав, но в меру своего невежества. Звёздное ночное небо по большей части – Ад. Смотря кто смотрит. Звёзды – те самые семь минут, которые были моими снами за всё время вечности. Абсолютно все. Звезда или галактика, это мир, созданный мозгом первого существа, моим мозгом, у которого ещё не было так называемого материального носителя, как у света без солнца. Первомозг Первосущества – истинный Дух, Одно, невещественное, неовеществлённое.

Чтобы некоторым моим аватарам понять меня саму, нужно прибегнуть к условным числительным, ввести какой-то отсчёт, первоначальный пункт. Например, так: в первый мой шаббат, когда я впервые умерла, почила от всех дел своих, отдалась Танатасу, после того как представила, следовательно, создала первый свой сознательный сон, он же Явь, первый мир, в моём посмертном сне мой мозг, как моё неосознанное, на что я мало уделяла внимания осознанно, замечала мимоходом, создал второй мир, второй сон, он же Навь.

Явь была безвидна и пуста и создана мной, осознанно, я сама стала всем, а это не так много, от меня не убыло нисколечко. Навь была создана так же мной, но не осознанно, пока я отдыхала и вовсе ни о чём не думала, вырубилась напрочь. Мой мир, моё Царство это Явь. В него мои аватары начинают движение, когда растут в осознанности, пробуждаются от сна греховного. Осознанность это Любовь, Благо, то есть Я. Приятно познакомиться. Или неприятно, там поглядим – увидим.

В Нави моё бессознательное придумало себе носитель – мозг, который якобы управляет всем телом. Это не так в Яви: здесь всем управляет Сердце. В Нави сердце это всего лишь насос, гоняющий кровь к мозгу и ко всем прочим органам, которые так же претендуют на власть, но мозг им свергнуть не удаётся. Поэтому они часто выходят из строя раньше мозга. Традиционно мы, мои аватары, путаем Явь (Ян) и Навь (Инь).