Не услышал, как к нему подошел Аврам. Брат обхватил его за шею и прислонился лбом к его лбу.

— Мы найдем, кто это сделал, слышишь? — столько силы, столько эмоций было в голосе Аврама, — Мы сделаем это. И отомстим… Мы сделаем это, Абрам.

Абрам кивнул и убрал руку Аврама.

— Сделай это. О большем не прошу. Ты знаешь, я никогда тебя не просил. А теперь прошу. Найди мне этого ублюдка… Или ублюдков. Найди мне виновных, а дальше я сам…

После этого разговора Аврам, не мешкая, собрал самых лучших людей и поехал для начала в дом Абрама, а потом дальше…

Прошло часа три после отъезда Аврама. Абрам наблюдал, как брат вылез из джипа и быстрым шагом направился в больницу. А у Абрама вдруг зачесали руки. Захотелось кому-то врезать. Прям от души.

Как только Аврам зашел в палату, Абрам сразу же понял, что брат что-то выяснил.

Аврам бросил взгляд на Керри, а потом направился к брату.

— Ну, что? — спросил Абрам, сжимая кулаки.

Аврам усмехнулся и провел ладонью по коротким волосам.

— Ну! Говори! Иначе еще раз врежу.

Абрам терял терпение. Где тот прежний Абрам? Куда делся тот хладнокровный мужчина?

Аврам коснулся разбитой губы, бросил обиженный взгляд на брата и, наконец-то, заговорил:

— Это сделали те, кого ты защищал.

Абрам нахмурился.

— Бунтующие. Все вышло из-под контроля. Нужно идти прямо сейчас. Пока не поздно. С Керри посидит мой доверенный человек. Нам нужно идти.

Абрам посмотрел на свою жену, а потом кивнул. Ему было тяжело сейчас уходить от нее, но понимал, что надо. Если сейчас даст слабину, то народ, его враг, станет злее и наглее…

Абрам верил свою брату. А как иначе?

Керри

Я еще не открыла глаза, а уже чувствовала ее. Боль. Сильная. Пронизывающая до костей. Болело все. И от этой боли хотелось выть волком. Ломило каждую мышцу. И очень болело плечо. Что со мной произошло? Где вообще я?

Попыталась открыть глаза. Но тут же зажмурилась, потому что слишком яркий свет ударил по глазам. Несколько слезинок скатилось по щеке, и тут же кто-то вытер их. Я сразу распахнула глаза и дернулась в сторону. Но боль в плече тут же пронзила все тело.

Рядом со мной сидела молодая девушка. Незнакомка была изуродована. Все ее лицо было покрыто шрамами. И в ее глазах была адская боль и тоска.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда. Точно не я.

Ее голос был тихим и нежным. И мне почему-то захотелось заплакать.

— Что случилось? — прохрипела я. Горло пересохло. Очень хотелось пить. И девушка поняла это. Взяла тряпочку, смочила ее водой и провела по моим губам. Стало немного легче.

— Твой муж сам тебе объяснит.

Я кивнула. Да, сам объяснит. Я помнила, что находилась дома одна. А потом появился постепенно нарастающий шум. Потом боль и темнота. Теперь я очнулась здесь, а рядом сидела незнакомка.

— Как тебя зовут? — спросила я, вновь укладываясь на подушки. Девушка мне помогла.

— Ната…

Очень нежное имя. Подходило ей. Но кто сотворил с ней такое? Кто так издевался? Мне было до боли жаль ее. До слез жаль. Я смотрела на нее, и моя боль казалась просто легким комариным укусом. Мне было очень жаль ее.

— А кто ты? — продолжила расспрос я. Мне хотелось узнать ее. Узнать ее историю. И помочь ей. Девушка тяжело вздохнула и посмотрела на свои руки. Я проследила за ее взглядом. На ладонях Наты тоже были шрамы. О, Боже…

Девушка посмотрела в окно и замолчала на несколько минут. Я уже думала, что она не ответит. Но вдруг девушка отмерла и повернулась ко мне. Ее карий взгляд проникал мне прямо в душу.

— Никто.

36

Керри

Сегодня был день выписки. В больнице я пролежала практически две недели, но мне казалось, что они длились вечность. Спасибо Нате, которая скрасила мои больничные дни. Она очень часто молчала, но мне это и нужно было. Чтобы кто-то был рядом, но при этом не тревожил меня.

Абрам тоже приходил. Вот его было видеть тяжело. Особенно после того, что случилось. Его дом обстреляли из-за того, что Абрам и Аврам не хотели прекращать войну. Люди устали воевать, устали, поэтому и идут на отчаянные меры. Их я понимала. Но не принимала. Жестокость породила еще большую жестокость. На следующий день, когда я пришла в себя, ко мне пришел муж. Сначала он не сказал мне ни слова, а потом я заметила багровые пятна крови.

Абрам проследил за моим взглядом.

— Они заплатили за то, что сделали. Кровь за кровь.