— Долго нам ещё? — уже тяжело дыша, спрашиваю я.

— Еще столько же.

— А почему мы бежим? За нами кто-то гонется?

— Черт знает. Но лучше перебдеть.

Не спорю, даже второе дыхание в себе открываю, а затем и третье, когда слышу шум проезжающих где-то впереди машин.

Наконец лес заканчивается, мы оказываемся на пригорке, внизу дорога. Артем останавливается, ложится на землю и прижимает меня к себе. Лежу, чувствуя жар от Артема, выравниваю свое дыхание. Я сейчас не боюсь, мне не страшно. Рядом с Артем я чувствую себя в безопасности.

Минут через пять прямо напротив съезда к замку Садекова останавливается машина. Чёрная, отечественная. Водитель опускает окно.

Артем приглядывается, а затем звонит по телефону. Я даже отсюда слышу, как в машине играет сигнал мобильника.

— Пойдем, — сбрасывая звонок, говорит Артём и поднимается. Тащит меня за собой.

Мы спускаемся с пригорка и бежим к машине. Артем открывает заднюю дверь, пускает меня первой и тут же садится рядом. Как только захлопывается дверь, водитель давит на газ.

— Привет, Бой, — произносит мужчина, подмигивая Артему через зеркало заднего вида. Узнаю его, хоть и видела один раз, да ещё тогда он был в соломенной шляпе. — Все нормально?

— Вроде да, — кивает Артем. — Знакомься, Бэлла, это мой шеф, Семён Валерьевич.

— Очень приятно, — киваю я. И здесь замечаю, что так и держу туфли в своей руке. И платье, что удивительно, не порвалось и не испортилось от такого экстремального марш-броска. Перевожу взгляд на Артема и спрашиваю: — Теперь ты расскажешь, что произошло?

Артем

После того, как я рассказываю все Бэлле — на ней нет лица. Видимо трудно ей поверить, что Йонас так с ней поступил.

Что со мной хотел сделать — ладно. Видимо почувствовал или понял. А может узнал про нас?

Но даже это не оправдывает того, что он Бэллу подарил. Как вещь, как куклу.

Вот и вся любовь, твою мать!

Бэлла сейчас в шоке. Я в гневе.

Как мне хочется собственными руками его придушить!

— Куда мы едем? — спрашивает Бэлла, уставившись в окно.

— К моей маме, — отвечаю, — отсидимся там, пока все не закончится.

— А закончится ли? — вздыхает Бэлла и резко на меня смотрит.

Её оливковые глаза блестят от зарождающихся слез. Кажется вот-вот — и девушка заплачет.

— Закончится, — отвечает за меня Валерьевич, — помимо того, что нам рассказал Артем, у нас ещё кое-что появилось на Лейтовича. Мы взяли Барона с поличным. За распостранение оружия ответить придётся.

Но Бэлла словно этого не слышит. Отстраненно спрашивает:

— А мой телефон, ты не брал?

— Нет, я его оставил в комнате в доме Саита.

Бэлла хмурится. А затем снова к окну отворачивается.

А мы между тем уже в Дмитров въезжаем. Дом мамы в пригороде находится, чтоб до него добраться, нам придётся полгорода проехать.

Проезжаем часть центра, сворачиваем в спальные районы.

— На следующем перекрёстке будет дом… — вдруг говорит Бэлла задумчиво. — Я там жила с тёткой и её мужем.

Валерьевич останавливается на светофоре и смотрит на меня через зеркало.

— Хочешь зайти?

Бэлла хмурится, поправляет волосы у шеи и пристально смотрит на приближающийся дом.

— Хочу, — неожиданно и резко отвечает она.

Я одним взглядом прошу шефа остановится.

Что Валерьевич и делает. Заезжает во двор и тормозит у единственного подъезда.

— Только не долго, — не оборачиваясь, просит шеф.

Бэлла надевает туфли, поправляет волосы и платье. Я успеваю за это время выйти и открыть ей дверь. Девушка смотрит на меня снизу вверх, затем нежно улыбается и, выйдя из машины, начинает меня обнимать. И целует.

То ли так благодарит, то ли поддержки просит…

Мы идем к подъезду, его дверь Бэлла с силой дёргает на себя и она открывается, хотя домофон стоит. Видно, что старый, не меняли.

— Не думала, что я сюда вернусь, — произносит Бэлла, по ступенькам поднимаясь.

Второй этаж, третий.

Бэлла останавливается у опшарпанной, дермантиновой двери. И, не задумываясь, давит на кнопку звонка.

Дверь нам открывает мужчина лет пятидесяти. Хотя, ему может и меньше. Видно по лицу, что мужик бухает. Даже хлеще чем мой Петрович.