Она фыркнула.

— К черту это.

— Джеймсон поступил дурно, но он извинился. Ты утверждаешь, что простила его, но это не так. Если ты собираешься и дальше его в этом винить, то лично я считаю, что тебе лучше от него уйти. Мистер Холлингсворт тоже поступил дурно, он не должен был скрывать свои отношения — прежде чем что-то начинать, ему следовало обсудить свои чувства с тобой. Но это не конец света. Ради самой себя, ради всех, просто поговори с ними, — настаивал Сандерс.

Тейт уставилась на столешницу. Конечно, ей следовало со всеми поговорить. Эта мысль постоянно приходила ей в голову. Она крутилась у нее на языке всякий раз, когда Тейт оставалась наедине с Джеймсоном. Если кто и способен понять неудержимое желание причинять людям боль, так это Джеймсон. Но с ним она поговорить не могла — ему она тоже хотела причинить боль.

Ей хотелось крови.

— Я всё поняла. Честное слово. Я всё разрулю, обещаю. Никаких больше тайных визитов Энджа, никаких грязных трюков в ваше отсутствие, — пообещала Тейт. Она терпеть не могла лгать Сандерсу, поэтому не стала вдаваться в подробности.

Парень вздохнул.

— Я действительно считаю, что ты..., — начал он, но тут на кухню вошел Джеймсон.

— Ты считаешь, что она что, Сандерс? — спросил он, вставая между ними.

Тейт пожала плечами и сунула в рот ложку.

— Я считаю, что если она и дальше будет есть сладости, то окончательно растолстеет, — ответил Сандерс и вышел из комнаты.

Тейт проводила его взглядом.

«Это... он что, сейчас... Это был подкол?! Неужели Сандерс только огрызнулся на меня на языке Сандерса? Молодец, Сэнди».

— Я что, толстею?! — воскликнула она и повернулась, чтобы посмотреть на свою задницу.

Что бы ни происходило в ее жизни, она всегда старалась заниматься спортом, хотя бы два раза в неделю. В Испании Тейт совершала ежедневные пробежки по пристани. В Уэстоне занималась в небольшим тренажерном зале, для которого Джеймсон отвел свободную комнату. Она никак не могла растолстеть! Девушка повертелась вокруг, пытаясь дать себе трезвую оценку.

— Твоя задница идеальна, он просто нагрубил. Ты его расстроила. О чем вы тут говорили? — спросил Джеймсон, прислонившись к кухонному острову.

— Об Эндже, — ответила она.

Джеймсон опустил голову.

— Черт, я никогда не избавлюсь от этого чувака.

— Это ты выболтал Сэнди все наши постельные разговоры. Ты тоже трясешь перед ним грязным бельишком? — спросила Тейт, начисто облизав ложку.

— Только если он заслужил. Пошли отсюда, — неожиданно сказал Джеймсон.

— Но я только что поставила брауни, — сказала Тейт, указав на духовку.

Джеймсон встал перед ней и провел пальцем по внутренней стороне миски, в которой она перемешивала тесто.

— Значит, установи таймер, и Сандерс их вытащит. Поехали пообедаем, — облизав палец, предложил он.

Тейт проследила глазами за его движением, и мужчина улыбнулся.

— Ты воспринимаешь его как должное, — предупредила она.

Джеймсон громко расхохотался.

— Ты, как всегда, сильно заблуждаешься. Ну же, толстая задница, пошли, — позвал он и, грубо сжав ее ягодицу, протиснулся мимо нее.

— Я не..., — заспорила было она, но Джеймсон подцепил пальцем ее фартук и рывком привлек ее к себе.

— Тейт, я тебя не спрашивал.

Они поехали обедать в Уэстон, что ее удивило. Он всегда был либо дома, либо в Бостоне. Девушка не могла припомнить, чтобы у него когда-нибудь имелись какие-то дела в Уэстоне, но он повез ее прямо в ресторан и вошел туда так, словно уже много лет являлся их постоянным посетителем. Не успела она сесть, как Джеймсон уже продиктовал заказ, и чтобы сделать свой, ей пришлось ждать возвращения официанта.

Сложнее всего ей приходилось с ним на людях. Тейт не могла соблазнить его в ресторане, средь бела дня. Нет, она, конечно, могла, но было бы немного странно это делать, когда он набивает рот едой, а прямо за ними обедает семья из четырех человек. Поэтому она подчинилась воздействию его общества. И иногда Сатана был очень даже приятной компанией. От этого ей стало почти стыдно за свои планы.

Почти.

Поскольку ей так нравился «Ягуар», Джеймсон взял эту машину, а потом удивил ее тем, что некоторое время катался с ней по окрестностям. Было холодно, но солнечно, поэтому он открыл автомобильный люк. Девушка откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь легким ветерком.

— Тейт, — серьезным тоном начал Джеймсон.

Она застонала.

— Хватит разговоров. Мне кажется, что все хотят со мной «поговорить». Я уже большая девочка. И сама принимаю решения, какими бы дебильными они ни были. Спасибо, — отчеканила она.

— Я не собирался с тобой «разговаривать». Я хотел спросить, сколько мне придется тебя убеждать, чтобы ты отсосала мне за рулем, — ответил он.

Тейт расхохоталась и посмотрела на него.