Шрифт:
Историки вошли в небольшую пещеру, в которой и бил родник. Бассейн родника оказался огорожен все тем же розоватым гранитом, а над чащей возвышалась статуя воина в старинном облачении. Он склонился над лежащей умирающей девушкой, видимо, его возлюбленной.
В пещере было светло — в потолке имелось большое отверстие, через которое виднелось голубое небо. В неярком свете кружились пылинки, а по углам пещеры таились загадочные тени.
Видимо, сюда захаживали время от времени паломники и туристы: у стен пещеры лежали глиняные и фарфоровые сосуды, некоторые камни были явно приспособлены под сиденья или лежанки. К чести розмийцев надо сказать, что мусора и кострищ тут не наблюдалось.
Пока Тео располагался у одного из выступов в пещере, Мэри принялась с необыкновенным интересом осматривать каменные своды — как будто бы что-то искала.
Тео вздохнул в отчаяние.
— Что ты там ищешь?
— Какой-нибудь знак.
— Знак чего?
— Что экспедиция была здесь.
— Мэри, ты мне чего-то недоговариваешь, — разозлился Теодор, отшвырнув от себя флягу с водой. — Или ты знаешь, что они тут были и что несли, или у тебя в конец съехала крыша, и ты будешь обыскивать все помещения на предмет хоть каких-нибудь тайн?! Даже не существовавших никогда!
— Хорошо, Тео, — Мэри подошла к статуе и уселась на бортик родника. Рюкзак она пока не снимала, он был ей привычен и не настолько тяжелым, чтобы его скидывать при первой возможности. Остальные вещи они оставили в небольшой гостинице в Алахане. — В летописи и в самом деле ничего не говорилось о том, куда они пошли и зачем. Но там говорилось о том, что Дариан Антион предложил им воспользоваться для выполнения миссии пещерой, где верят в волшебную силу воды. И он с ними пошел. А он, если верить некоторым обрывкам летописей и тому, что я смогла вычитать в дневниках и письмах некоторых путешественников — один из драконов!
— Бл… — глубокомысленно изрек парень. — Я так и знал.
— Ну, а где еще полагается более волшебной сила воды, как ни тут?! — всплеснул руками профессор истории.
— Знаешь, мне иногда кажется, что ты одержима демонами, — выдал парень, откидывая назад свои длинные волосы. — Нет, не демонами. Даже они не могут заставить человека быть таким одержимым. В тебя вселился сам Шезму!
— Это вряд ли, — отмахнулась женщина. Ее внимание вдруг привлек очень странный взгляд, который умирающая девушка и ее возлюбленный бросали на стену. Если они прощаются друг с другом, то какого, спрашивается, они пялятся в стену?
— Почему? — удивился Тео.
— Потому что когда демон вселяется в человека, он познает всю суть человека, но и человек познает суть демона. Думаю, с Шезму будет обстоять также. Если я познаю суть бога, неужели ты думаешь, что я не попытаюсь стать богиней и сместить его? — Мэри направилась к стене, куда смотрели статуи, и принялась искать какой-нибудь знак или выступ.
— Шезму — один из самых древних богов, родом из Егии [32] . Вряд ли у тебя получится так просто с ним разделаться, — скептически хмыкнул давний друг и однокурсник.
32
Егия — страна, находящаяся по соседству с Алсултаном, также расположенная в пустыне и на побережье мирового океана. Страна имеет богатую древнюю историю, предполагается, что изначально Осирис и Ра были богами в Егии, потом они присоединились к пантеону Крома.
— Ну, в конце концов даже Руна [33] и Джасру [34] убить получилось, а они-то были куда круче и сильнее Шезму, — Мэри уже шарила пальцами по стене, на ощупь ища хоть какой-то знак.
— Замуж тебе надо, — глубокомысленно изрек Тео. — А то ты совсем одичала и с ума сошла.
— Ой, не начинай песню моих любимых родителей и сестренок, — огрызнулась Мэри. — Сам же знаешь, что у меня с замужеством не ладится, а мужики бегут как от чумной. Да и на что мне сдался муж? Что я с ним делать-то буду?
33
Рун — бог зла, тьмы, лжи, обмана, ужаса, пороков, разврата, развращающей власти. Был богом Тьмы до Сета.
34
Джасра — свергнутая Кромом верховная богиня. Правила до появления Крома и разделения богов на богов Света и Тьмы.
Тео встал рядом с подругой, закинул за плечи свой рюкзак, почесал в затылке, потом спросил:
— Чего ты по стене елозишь?
— Ищу.
— Чего?
— Кажется, нашла!
В этот момент Мэри ощутила какое-то углубление под пальцами, нажала на него. Под ногами историков неожиданно появилась пустота… Оба ухнули в темный провал.
Если бы не рюкзаки у них за спинами, то ободрались бы ученые знатно. Естественно, что неожиданный полет по каменному желобу сопровождался дикими криками, матом и проклятиями. Желоб был довольно узким, что не давало им возможности развернуться или перевернуться в полете, хотя добавляло синяков, ушибов и ссадин на плечах, руках и ногах.
Через какое-то непродолжительное время (хоть обоим полет показался вечностью) путешественники оказались выброшенными из желоба прямо в воздух.
— Твою ж мать! — заорала Мэри, летевшая первой, когда спуск неожиданно закончился. Тут же началось стремительное падение. Ей повезло, что она рухнула в каменную чашу, заполненную водой, в которую с противоположной от желоба стороны извергался прямо из скал водопад. Мэри едва успела задержать дыхание, как оказалась в прохладной прозрачной воде, наполненной пузырьками и подводными вихрями, образовывающимися из-за водопада. Она рванулась вверх, к поверхности, но ей чуть ли не на голову уже летел Тео, отчаянно размахивая руками и ногами. Парень не очень хорошо плавал, поэтому в ужасе беспорядочно дергался, быстро оказавшись под водой. Решив, что второго такого ассистента она вряд ли найдет, да и другом парень был чуть ли не единственным, Мэри Лаура схватила Тео за ручку рюкзака и потащила на поверхность. Когда они вынырнули, Тео немедленно схлопотал по физиономии, чтоб не дергался, а потом профессор потянула его к берегу, на котором ученые рухнули без сил.