Боже. Как я могу думать о руках, когда одного из двух моих самых дорогих и близких, везут на носилках неизвестно куда.

Не одну минуту я, как заведенная, твердила о том, что я его законная жена, законная! Я должна его видеть, должна быть рядом, когда откроет глаза. Должна убедиться, что с ним все в порядке. Должна, должна, должна.

– Небольшой кровоподтек и гематома, - монотонно сказал врач, - от ушиба. Других повреждений нет. Сейчас сделаем рентген, посмотрим, что внутри.

Я осела вдоль стены рядом с рентген-кабинетом. Еще час с высохшими после долгих рыданий глазами, сидела напротив Дани. Он спал или был без сознания – неизвестно. Он никогда ни на что не жаловался. Разве что на бестолковых подчиненных. Но у него никогда ничего не болело. Даже голова. А она-то болит у большинства.

Наконец, его глаза открылись и недоуменно на меня уставились.

– Они мне ничего не говорят,- просипела я, готовая снова разрыдаться, - считают, что я слишком нервная.

Легкая улыбка тронула его уста, он протянул ко мне руку.

– Ты не нервная, - успокоил, утирая катящиеся слезы по щеке, - просто сильно переживаешь.

Голос звучал слабо. Но не представляю, у кого бы он звучал сильно, если грохнешься с высоты ста восьмидесяти с лишним сантиметров.

– Они быстро отреагировали, - он окинул палату взглядом.

– Проезжали мимо. На обед, кажется.

– Надеюсь, не сильно их отвлек.

За свою надежду получил легкий толчок в плечо. Атмосфера сразу как-то разрядилась. И вот уже мы оба улыбались. Счастливые, что живые, целые и, надеюсь, стопроцентно здоровые.

12

История с его падением несколько изменила наши отношения. Даже после выписки никто мне так и не сказал почему мой муж упал. И я всерьез начала беспокоиться. Даня отшучивался – я не должна так за ним следить. Не должна так пристально смотреть как он ест, а то ему кажется, в любой момент я жду его превращения в дракона. Все время это его «так» и так выразительно, что зубы сводило.

Уж лучше в дракона.

– Знаешь, - как-то утром заговорил потенциальный дракон, - я переговорил с родителями…

С родителями. С которыми я никогда не общалась. Их даже не было на нашей свадьбе. У него дома нет ни одной их фотографии. Кто эти люди, о чем они думают, когда их сына нет рядом. Да и вообще, где они живут, чем? Вряд ли мне нужны ответы. Даня редко о них вспоминает. Обсуждать тему «отцов и детей» он пока не готов.

– Ты говорил по телефону?

Как глупо спрашивать нечто столь несуразное. Но на уровне подсознания, я оттягивала момент истины. Момент «ч». Момент… Чего?

– Нет, мы встретились в ресторане. Пока ты была на работе.

– Поздний ужин?

– Что-то вроде того.

– Они поздравили тебя с женитьбой?

– Да.

– Что еще хотели?

– Это я был инициатором ужина. Я хотел поговорить с ними.

– Удачно?

– На удивление, - он задумался, предаваясь воспоминаниям, - да. Все прошло, как я и не смел надеяться.

– Так плохо? – Со смешком выдала я.

– Нет, наоборот, в том-то и дело. Они никогда меня не понимали. Мы с разных планет. Но после вчерашнего я много понял. Мои предки не такие уж и рептилии, - засмеялся смехом, превращающим его в мальчишку. – Они много спрашивали о тебе, так что добрую половину вечера беседа шла вокруг твоей персоны.

– Я стала звездой?

– Да. Как-нибудь они вручат тебе «Оскар».

– Ты же знаешь, что я патриотка.

– Без проблем. Думаю, Тефи, Греми, Эмми – что там еще есть? – Смеялся в полный голос, - все твои.

– Ты же знаешь, мне не нужны награды.

Он вдруг стал серьезным.

– Я знаю.

Что-то между нами повисло. Невидимая пелена, ставшая границей. Она отгораживала меня от чего-то, чего я не знала.

– Так что в итоге?

– Я ухожу с работы.

– Что? – От шока я чуть не выронила кружку, кофе даже успело расплескаться. – Почему?

– Не почему, а зачем, - назидательно и философски. – Я тут подумал: жизнь одна, всех денег не заработаешь. А те, что есть, вполне хватит на заслуженный отдых.

– Я думала, ты любишь свою работу.

– Безусловно. Но я устал.

Я внимательно в него всмотрелась. Осторожно спросила:

– И чем ты хочешь заняться?

Вместо ответа он протянул мне атлас мира.

– Мы можем увидеть все, - проникновенно прошептал, - если ты захочешь.

– За восемьдесят дней? – Вдруг усмехнулась я.

– Да.

Опять по его лицу прошла тень. Та страшная тень, которую не раз за последние дни мне пришлось наблюдать.

Этим же вечером его родители ужинали у нас. Я была приятно удивлена. Оказалось, мой муж внешне очень похож на своего отчима, а юмор так вообще один в один. А сватья – такая миниатюрная блондинка с большими синими глазами. Мне доподлинно неизвестна причина слез в ее глазах, когда едва нас представили друг другу, она стиснула меня в объятьях. Секундой позже появилась моя мама.