От аромата во рту набирается тягучая голодная слюна.

Я съем совсем чуть-чуть, чтобы не сразу умереть от голода. Ведь меня еще должен отыскать отец и порубить этих уродов на мелкие кусочки!

Пробую бульон – и растворяюсь в удовольствии.

Думаю, что папе нужно больше времени, чтобы найти и отомстить за меня. Значит, силы мне понадобятся.

Голодовка отменяется.

И я с аппетитом разделываюсь со всем, что есть на подносе. Потом делаю себе одолжение, застилаю постель. Сытая и усталая, ложусь и тут же засыпаю.

Ночью просыпаюсь от собственного протяжного голодного стона. И снится мне не вкусное филе индейки.

Я бесстыже задираю зад, подставляя тело под смелые ласки Тени, сидящего на постели. Не сразу соображаю, что это уже не сон.

В темноте я не вижу его лица, только силуэт в капюшоне. Но знание, что это он – отрезвляет и бодрит похлеще ледяного душа.

Я отскакиваю от него и отползаю к изголовью кровати.

– Не смей меня трогать!

Он смеется, поднимает руку, которой гладил меня, и с наслаждением облизывает пальцы. А я понимаю, что сейчас монстр без маски.

В метре от меня…

– У каждого недостатка есть компенсирующее преимущество, – начинает говорить Тень своим хриплым голосом.

Мне он больше не кажется завораживающим. Я понимаю, что для меня его уродство ничего компенсировать не сможет. Ни красивые глаза, ни завораживающий голос.

Ни-че-го!

– Например, я все чаще прячусь в темноте. Поэтому у меня хорошее ночное зрение. Там, где другой будет ослеплен тьмой, я буду видеть.

Я чувствую, как он обхватывает мою лодыжку и тянет к себе за ногу. Хнычу и цепляюсь за спинку кровати.

– У меня почти нет обоняния, – продолжает шептать Тень, – зато очень чувствительные вкусовые рецепторы. Знаешь, какая ты на вкус, Карина?

Больше не хочу притворяться. Мне жутко, и я подвываю, отворачиваюсь от него, и безуспешно пытаюсь отползти.

Мне все равно, какая я на вкус. И я точно не хочу, чтобы он снова пробовал меня.

Но в это момент его язык облизывает мою стопу и ныряет между пальцами. Как мокрая скользкая устрица.

Я кричу от ужаса и отвращения, дергаю ногой, вырываюсь.

Тень отпускает. Я тут же забиваюсь в самый дальний угол кровати, подтягивая под себя ноги.

– А у красоты есть преимущество, принцесса? Подумай какое. Тебе сразу станет легче гостить в моем доме.

– Я не просилась в гости.

По движению силуэта я понимаю, что его веселит наш разговор. Только мне совсем не весело.

– Да-да, как я мог забыть! – усмехается он. – Тогда тебе будет легче переносить тяготы плена, принцесса. Если найдешь свое преимущество и сумеешь им воспользоваться.

Тень встает и бесшумно выходит из спальни. Даже воздух не шелохнулся, хотя у него массивная фигура. Вот еще одно его преимущество.

Как же я его ненавижу!

Откидываюсь на подушки и не могу расслабиться и уснуть. Я все еще чувствую его язык между пальцами. Вскакиваю и несусь в душ. Снова соскребаю с себя его прикосновения.

Но когда ложусь в постель, в голове пчелами жужжат мысли – что он имел в виду? Какое у меня преимущество? Зачем оно мне?!

Пояснение я получаю с утра.

Входит Тень, пробуждая меня после бессонной ночи. Две девушки в униформе вносят два подноса. На одном – тарелка с вонючими морскими водорослями. На другом – овсянка со свежими ягодами, сливки и чашка ароматнейшего кофе.

Конец ознакомительного фрагмента.