“Коннор, скажу честно: мне впервые страшно так, что я боюсь описаться, - жалобно пошутил мальчишка-вампир.
– Пока Дрок тут всеми командовал, у меня возникло странное впечатление… Может, я только трушу. Может, только придумал сам что-то неладное…”

“Перестань на себя наговаривать, - прервал его “расшаркивания” Коннор.
– Ты всегда говорил прямо о том, что тебя волнует. Скажи и сейчас. А я подумаю, стоит ли о твоих впечатлениях беспокоиться”.

“Я бы сказал, но ведь точно-то не знаю… А-а! Ладно! Мне кажется, Дрок хочет убить всех магов пригорода! Всех, кто будет сегодняшней ночью на улицах!
– выпалил Мика. А помолчав, добавил: - Поэтому я сомневался, говорить ли тебе о моих наблюдениях. Это ведь правда - слишком страшно… Коннор, что делать? Я не хочу поднимать зряшную тревогу, но мне страшно…”

“Опять раскланиваешься!
– задумчиво ответил Коннор и секунды спустя проговорил: - А что именно тебе из действий храмовников показалось опасным?”

“Дрок приказал пустить по улицам пригорода какой-то особый ветер. Я не понял, что это за ветер. Но один из храмовников не сумел спрятать… в общем, он как-то так удивился, что мне стало страшно…”

“Мика, спасибо. Этого мне пока хватит, чтобы подумать. Больше ко мне не стучись. Если только Дрок не попросит. А если у меня или у нас будут новости, я сам к тебе постучусь”.

“Ага, - пробормотал Мика.
– Дрок - и попросит! Он только приказывать умеет! А ещё он иногда злится, что я вампир, но часть братства. Он думает - это незаметно, но, когда он смотрит на меня… Эх, был бы ты рядом, я б ему такую рожу скорчил!..”

“Болтун ты, Мика!
– рассмеялся Коннор.
– Всё. Мне пора”.

“Буду ждать!” - с надеждой напомнил мальчишка-вампир.

Глядя на стену, на Ивара, который изо всех сил старался понять объяснения старших и присоединившегося к ним Трисмегиста, Коннор чётко уяснил: Мика не врёт о своём страхе. И не преувеличивает его. Он в самом деле сильно напуган. Ведь непрерывно мальчишка-вампир болтает и не может вовремя остановиться, только глуша свой страх.

Отстранившись от разговора с младшим братом, он попытался мысленно увидеть трёхэтажное здание, где они прятались. Увидеть в тех деталях, которые успел запомнить, пока был на улице. Оно не слишком пострадало, в сравнении с другими зданиями по соседству, что значит - ему повезло не рухнуть. Выстрел магического танка продырявил его насквозь в паре мест. Но стены стояли. А в местах пробоин как раз дежурят Чистильщики, к которым на смену Перт обещал прибавить вернувшихся рядовых храмовников. А главное - остались невредимыми лестницы на последний этаж, к крыше. Их, конечно, занесло землёй и мусором, но подняться по ним можно, хватаясь за перила.

Сообразив все эти обстоятельства, Коннор начал думать о собственной безопасности там, где предполагался самый разгул ветров - на крыше. Туда он намеревался выбраться, чтобы проверить, серьёзно ли обоснован ли страх Мики.

Если ветер будет смертоносным для всех магов, хватит ли той дикой смеси разнообразной магии, которая обычно защищает его - Коннора? А если нет?

Дрок весьма прагматичен. Коннор старался не думать о его, как шутливо порой говорила Селена, моральном облике. Мальчишка-некромант очень даже понимал, зачем нужно главному учёному Белостенных и ныне командующему армией храмовников, чтобы на улицах пригорода не оставалось магов. Затем, чтобы Паук, лишившись не только паутины, но и мух, застрявших в ней, не мог самостоятельно подпитываться чужой магией. Не мог найти ни капли магии. В этом Дрок похож на Перта: пусть лучше умрут маги, чем они позволят Пауку продолжить набор сил.

Но Коннор со всем этим не согласен. “Может, я ещё слишком мал, - размышлял он, не замечая, что его отсутствующий взгляд остался устремлённым на лестницу.
– Может, мне, как Селене, хочется, чтобы всё было идеально. Но мне кажется… Быть таким, каков я сейчас, это нормально. Это нормально, что я не хочу смертей, которые могут… происходить только потому, что старшие не могут найти другого способа поймать Паука. А как там говорил Трисмегист? Лес рубят - щепки летят? Но это… нечестно! С другой стороны… Мы бы и сами убили тех некромагов, которые нас сторожат сейчас на улице. Так не всё ли равно, умрут они, потому что их выпьет Паук - или потому, что их уничтожит сейчас своим особым ветром Дрок?”

Голова заболела так, что он скривился и невольно поднял руку, чтобы потереть висок. Рука застыла на полдороге. “А знает ли Перт, а то и Ильм, почему от нас потребовали не выходить из укрытия?” Коннор прикинул, что будет, если он спросит о том глав-храмовников. Нельзя. Мику тут же отстранят от Дрока. Информации будет меньше. А она сейчас на вес золота. У кого же спросить?

Трисмегист? А если он захочет проверить информацию и на глазах у храмовников, не таясь, полезет на крышу? Может, такое и не в его характере, может - Коннор придумал для эльфа-бродяги такое безрассудное поведение, но… Не доверял мальчишка-некромант Трисмегисту именно в таком деле, где нужны множественные оглядки на множественные обстоятельства и условия…

Джарри и Колр тихо говорили между собой. Если услышат что-то необычное, они точно не выдадут. Ни словом, ни жестом…

Коннор лениво встал и спокойно подошёл к отцу. Поскольку движения в помещении было мало, мальчишка-некромант прекрасно знал, что на него сразу обратят внимание. Так что, встав рядом с Джарри, он шутливо ткнулся лбом в его плечо, как бывало порой, а Джарри улыбнулся и полуобнял его за плечо… Колр начал было разворачиваться от них обоих, чтобы деликатно оставить наедине, но, будучи всё в том же положении, зато отвернувшись от всех остальных, Коннор вполголоса сказал: