– Отвар оставь для Джарри, - напомнил Коннор, уже не в силах открыть глаза.

– Думаешь, я сидел просто так, пока вас ждал?
– фыркнул мальчишка-эльф.
– Да у меня грядка с травами так заросла, что я своим глазам не верю! Кстати, ты убрал из “колодца” некромагию? Ты обещал!

Некоторое время Коннор смотрел на брата, стараясь понять, что именно было обещано. Вспомнил. Кивнул:

– Да, почва “колодца” полностью очищена от некромагических сил. Как ты и пожелал - на двенадцать локтей вниз. Я вроде говорил тебе…

– Поэтому так легко было вызывать травы… - пробормотал мальчишка-эльф.

И в очередные секунды прояснения мальчишка-некромант догадался, что Мирт заговаривал ему зубы: за краткое время диалога ноги Коннора окатили водой, а затем намочили отваром, еле слышно пробормотав, что не хватает только перевязочных средств, на что Коннор, не открывая глаз, отозвался: “Сами затянутся”. После чего Мирт снисходительно сказал:

– Лезь спать! И спи до утра! Никаких заклинаний на свёрнутый сон!

– Угу… - пробормотал Коннор и, задом вползая в “пещерку”, с усилием взглянул, что же делает мальчишка-эльф.

А тот сбегал снова за водой, плеснул воду на свои ноги и забрался в пещерку. Так что мальчишка-некромант с чистой совестью, пока тот отсутствовал, непослушными и неповоротливыми губами прочитал нужное заклинание да ещё спрятал его в своём личном пространстве. И, когда чистюля Мирт влез в прогретую пещерку спать, он ничего не заметил…

… Прошёл час, которого, как просчитал Коннор, должно было хватить, чтобы его организм отдохнул. Лёжа среди спящих, не открывая глаз, мальчишка-некромант проверил всех. Да, они будут спать ещё несколько часов до рассвета. Затем он “раскинул” внимание проникающего взгляда на мёртвый лес.

Пока он торопился к Хельми с третьей жертвой, появилось время на такую же привычную разведку. И он уловил любопытный факт: шестеро тёмных друидов по дороге к первому капищу разделились. Трое продолжили путь к камню-вампиру, а другие трое пошли от него - к той самой дуге, о которой говорил Хельми… Сейчас, лёжа в древесной пещерке, проникающим взглядом Коннор следил за этими тремя до тех пор, пока заклинательная паутина друидов не начала отталкивать его… Значит, и тёмные друиды забеспокоились тем, что там, у потенциальной опушки мёртвого леса, происходит?

Затем мальчишка-некромант проверил, что делают те друиды, которые должны были обнаружить отсутствие жертв, отданных на заклание камням-вампирам. И Коннор чуть не хмыкнул вслух! Те трое, которые дошли до первого капища, направились туда же - куда ушли первые трое друидов! Судя по всему, полусъеденное камнем-вампиром тело несчастного парнишки, пусть и сброшенное с капища, произвело на них нужное впечатление, и они решили не проверять другие камни… И идут эти, от капища, не торопясь, не используя что-то таинственное, что помогает им быстро перемещаться по мёртвому лесу. Итак, тревога из-за похищенных жертв пока не поднята!

“У меня есть ещё один час для сна”, - успокоенно решил Коннор и с облегчением закрыл глаза для следующего свёрнутого сна.

… Спустя этот час мальчишка-некромант выяснил, что ещё один из братства использовал заклинание свёрнутого сна.

Проснувшись в очередной раз, Коннор полежал немного, бездумно глядя в шершавый “потолок” и слушая тихое дыхание и довольно беспокойное сопение тех, кому снился тревожный сон. Потом до него дошло - шершавый потолок. Он его видит. Что значит - на “улице” рассвело, хоть в самой древесной пещерке и застоялся сумрак. Полежал ещё немного, проверяя себя на травмы и ушибы, мысленно поблагодарил Мирта, а потом бесшумно выполз наружу.

Свесил ноги с “порога пещерки”. Замер. Сердце заколотилось больно-больно, а губы тронула недоверчивая улыбка.

Под пасмурным небом, с которого в обычное время ожидалось бы явление обычного дождя, зелёная трава казалась нереально яркой. Держась за края выхода, Коннор чуть наклонился вперёд, чтобы оценить изменения в “колодце”, начиная от одного конца древа до другого. Теперь он улыбался во весь рот. Трава плотно устилала всю площадь “колодца”, и не только трава. Уставшие от монотонных красок серого, чёрного и коричневого цвета, глаза радостно впитывали гордо торчавшие из трав цветы с лиловыми колокольчиками, с небесно-голубыми соцветиями, с пушистыми белоснежными метёлками, с необыкновенно тёплыми оранжево-жёлтыми корзинками… Сколько их…

А потом взгляд наткнулся на мальчишку-эльфа. Тот валялся среди высоких густых трав, глазея на облачное небо, и грыз какую-то травинку.

Коннор съехал с “порога” древа и медленно подошёл к нему, свалился рядом. Переглянувшись, потом лежали и молчали, ухмыляясь этому самому небу. Так здорово! Можно лежать на чистой, свежей траве, а не на опостылевшей грязи! Чувствовать цветочные ароматы и запахи пряных трав!

Растерянный писк от древа услышали не сразу. Мирт чуть приподнялся на локтях и издал такой короткий, но задорный смешок, что и Коннор перевернулся набок, потому что так удобней было наблюдать, как младшие, тоже выпрыгнувшие из древа, медленно бредут к ним, ошеломлённо озираясь по сторонам… И - свалились рядом со старшими, сдавленно хохоча и наперебой напоминая друг другу, что в древе всё ещё спят Джарри и Хельми и что не разбудить бы их своим несдержанным восторгом.