“Хватит, - сумрачно решил Коннор.
– Тех веток хватит…” И медленно, застывая на каждом шагу и прислушиваясь, вернулся к Мике. Не пряча стилета, а положив его возле бедра, он сел, втиснувшись в маленькую пещерку, выбитую в древесине ствола, рядом с Микой, живым, но всё ещё без сознания. Теперь под небесной водой оставались только ноги обоих. Коннор вытащил из-под спины Мики переломанные прутики и вздохнул: хоть немного, но они какое-то время оставались не под дождём.

Наконец он решился. Взял стилет и надрезал свою ладонь. Затем обнял за плечо мальчишку-вампира и прижал порезанную ладонь к его рту. Время от времени он отнимал ладонь и сжимал её, чтобы кровь не останавливалась.

Будущее становилось непредсказуемым. Он хотел, чтобы Мика пришёл в себя и был самым здоровым в их команде. От его здоровья теперь зависело всё братство. А Мика был неподвижен, и его тело всё норовило свалиться набок, если бы не поддержка Коннора. Мальчишка-некромант спустя минуты уже машинально продолжал давать свою кровь Мике, немигающе глядя в кромешную тьму и ни о чём не думая…

Неуловимо краткое движение, всё же замеченное боковым зрением, заставило его взглянуть на Мику. Мальчишка-вампир открыл глаза - пустые, без признаков разума, но сияющие алым отблеском. Ещё минута - и Мика отчаянно схватился за ладонь Коннора, будто боясь, что тот вот-вот уберёт её. Зубами вцепиться в ладонь с кровью он не мог, но прижимал её к губам, высасывая предложенную пищу и исцеление, а Коннор чувствовал боль, дёргающую руку, но спокойно продолжал следить за глазами мальчишки-вампира.

Не сразу, но алый отблеск в глазах Мики погас, и он обрёл свой обычный цвет глаз - серый. А потом безвольно неподвижное лицо мальчишки-вампира отвердело, и он наконец сумел проявить эмоции - испугался. Сначала испугался, когда взглянул вперёд и явно ничего не увидел, кроме темноты, в которой хлестал бесконечный дождь. Потом - машинально слизнув с подбородка чужую кровь, уставился на мальчишку-некроманта, которого не увидел, а почувствовал в кромешной тьме только потому, что сидели они, вынужденно прижавшись друг к другу.

– Коннор?.. Коннор, что ты сделал?!

Коннор не спеша опустил ладонь и мягко, без напряжения полусжал кулак. Этого достаточно, чтобы ранка чуть позже затянулась.

– Я дал тебе кровь, Мика, - прошептал он, - но не просто так. Я хочу, чтобы ты отработал эту кровь. Для нас для всех.

– Как?

– Ты единственный среди нас самый слабый маг.

– И… что?

– Ты единственный, кого я мог восстановить полностью. Вместе с твоими слабыми магическими возможностями. Мика, щёлкни пальцами.

Мика открыл было рот, встревоженно глядя на старшего из братства. Кажется, хотел спросить: “Зачем?” Но снова взглянул на темноту и, вероятно, опять неправильно понял Коннора. Наверное, он решил, что Коннор хочет осветить это жутковатое место. И послушно щёлкнул пальцами. Глядя на затрепетавший на кончиках его пальцев оранжевый огонёк, мальчишка-некромант бесшумно, но торжествующе рассмеялся.

– Сколько ты можешь держать этот огонь?
– спросил он, мгновенно потянувшись к дрожащему пламени обеими ладонями.

– Сколько угодно, - с привычной самоуверенностью ответил Мика.
– Всё остальное для меня - очень трудно. Но огонь…

– Тихо… - прошептал Коннор.
– Я прослушаю пространство, а пока вот, - он отдал Мике пучок мокрых и гнилых прутиков.
– Просуши. Мне нужен костёр, пусть и самый маленький, чтобы взять с него силы.

– Понял, - кивнул Мика и деловито принялся водить пучком над своим огоньком. К грохоту дождя прибавилось еле слышное потрескивание и шипение мокрого дерева. Не сиди Коннор рядом с Микой - не расслышал бы.

Медленно “обходя” ближайшие окрестности, Коннор убедился, что здесь, на берегу, пока безопасно. Неизвестный зверь продолжал тащить мёртвую змеищу очень далеко от них. И так же далеко вокруг не было ни мёртвых, ни живых существ… Братьев он тоже не чувствовал, как и преследователей. Но тому была одна причина: он и Мика сидели внизу, в овраге, а ребята - наверху.

Мика тихонько толкнул его в бок.

– Они начинают гореть.

– Подожги, - отодвинувшись на расстояние для огня, велел Коннор.
– А как загорится, попробуй поджечь это дерево, хотя бы часть. Отламывай по чуть-чуть. Нам нужны гнилушки, которые потом можно будет использовать в дороге.

– Дыма будет много, - с сомнением сказал Мика.
– Коннор, а мы где? Ну, сидим?

– Я же сказал - в дереве. И сидим у речки.

– Селена, наверное, беспокоится, - вздохнул Мика.
– Коннор, а что случилось? Как мы здесь очутились?

Беспорядочная, перескакивающая с одного на другое болтовня Мики мешала сосредоточиться на сборе сил из огня. Но она же успокаивала и вселяла уверенность. Да и огонь быстро прогорал, хотя Мика вскоре начал добавлять в крохотный костерок подсушенные гнилушки. И Коннор кратко пересказал всё, что случилось с того момента, как он очнулся на камне-вампире - по его предположениям, на капище.