– Узнал меня? – тихо спросила Ремей.

Он кивнул и увидел, как мать смахнула слезы.

– А что случилось? – звук прошел через сведенное судорогой горло и сорвался на фальцет. Карлос закашлялся.

– Ты нас напугал, – наклонился к нему Хулио. Антонио пришел к тебе поздороваться, а ты в это время дико кричал: «Пустите меня! Уйди, мразь! Спасите!» Мальчик испугался и с плачем побежал звать нас.

– А я что?

– Вот мы и пытались разбудить тебя, а ты не просыпался. Будто тебя опоили чем-то. Что тебе этот пьяный старик дал?

– Ничего. Мы только разговаривали. Я вчера устал, может, поэтому сегодня такой разбитый. Сейчас все пройдет. Сынок, подойди ко мне, – позвал Карлос мальчика, который все еще стоял в стороне и смотрел испуганно на отца.

Антонио несмело приблизился. Карлос взял его за теплую ладошку, потянул и посадил к себе на кровать.

– А вы что встали? Дел домашних нет? – обратился он к остальным. – Идите, я с сыном поговорю и тоже спущусь.

Карлос проследил, как гости покинули комнату и только потом повернулся к Антонио.

– Ты почему испугался?

– Пап, ты кричал сильно. И метался по кровати, вот так, – мальчик лег рядом и стал переворачиваться с боку на бок.

– А что я говорил?

– Уйди, мразь! – тихо ответил сын. – Я подумал, что ты на меня ругаешься и побежал за бабушкой. Он виновато опустил плечи и всхлипнул носом.

– Знаешь, что мне приснилось? – шепнул Карлос на ухо Антонио.

– Что?

– Собака.

– Правда? Хорошенькая?

– Нет, противная. И эта тварь смотрела на меня черными глазищами… – Карлос сделал загадочное лицо, а потом схватил сына за щеки, вытаращил глаза и чмокнул в лоб, – и хотела меня поцеловать.

– Ой, противно же! – отбивался мальчик. – Пусти, я не маленький!

Он спрыгнул на ковер и засмеялся.

– Вот видишь, тебе тоже не понравилось.

– Пап, а давай собачку купим?

– Собачку? – рассеянно переспросил Карлос, и вдруг мысль ударила по голове, сбила с ног. – Купим, купим. Иди к бабушке.

Карлос вскочил, машинально нашел костыли и, медленно переставляя ноги, пошел в ванную. Оттуда уже высунул голову и, балансируя на одном костыле, окликнул сына:

– Антонио, позови ко мне Хулио. Срочно!

Запыхавшийся массажист влетел в ванную с криком:

– Что случилось?

– Ты камеру установил?

– Ага.

– Сейчас пойдем проверять.

– А завтрак?

– Потом.

– Ремей опять сердиться будет. Пошли сначала позавтракаем. Какая муха тебя укусила? Все тебе срочно надо, – ворчал Хулио. – Там Соня старается, украинские блинчики делает. Ты ее обидеть хочешь?

Карлос нехотя согласился. Но завтракать не мог. Мысль свербила голову, не давала покоя. Он был рассеян и опять чуть не нарвался на гнев матери. Хулио стукнул его под столом ногой, чтобы привести в чувство. Блинчики Сони и горячий кофе немного прочистили мозги и желудок. Тошнота отступила, да и в мысли появилась какая-то логика.

Когда все разошлись по своим делам, Карлос и Хулио направились в подвал. Массажист наказал Соне следить за Ремей, и как только та начнет их разыскивать, сразу звонить. Обезопасив себя от чрезмерной заботы матери, Карлос облегченно вздохнул и закрыл дверь на склад.

– Ты чего такой взъерошенный? – недовольно спросил Хулио. Он уже забрался на стремянку и готов был достать камеру, но Карлос его остановил.

– Погоди, дай посмотрю, как ты ее пристроил.

– Не доверяешь? – усмехнулся Хулио.

– Дело не в доверии. Мысли у меня нехорошие появились. Сам говоришь, будто меня опоили чем. До сих пор такое странное состояние.

Хулио встревоженно посмотрел на подопечного. Потом молча слез и отошел в сторону. Карлос поставил одну ногу на ступеньку, потом вторую. Внезапно голова закружилась, и он повалился на Хулио. Двое мужчин барахтались на пыльном полу, пытаясь встать и не понимая, что происходит. Наконец Хулио поднял Карлоса, посадил в инвалидное кресло, которое уже какое-то время обитало на складе за ненадобностью, и приказал:

– Рассказывай.

– Помнишь, я тебе говорил, что упал со стремянки, когда увидел внезапно в этом окошечке, – Карлос показал рукой наверх, – страшные глаза.

– Ну, помню.

– Мне эти глаза весь год покоя не давали. По ночам кошмары снились, и все глаза на меня надвигались.

– Это понятно. Подсознание пытается разгадать загадку, а ночью, когда сознание спит, подсовывает тебе решение.

– Я только сегодня догадался, кто это был?

– Кто? – Хулио даже подался вперед от любопытства.