В зале начался ад.

На сцене мужчины насиловали женщин. Голос с небес подзуживал, заводил, кричал, меняя интонации, высоту и тембр.

— Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его. Изыди, скажем греху! Изыди!

— Изыди! Изыди! Изыди! — зрители вскакивали со своих мест, и это слово, повторенное множеством глоток, звучало как божественное литургическое действо.

Алину вернули на диван, она, поняв, что не в состоянии победить эту идею больного сознания, слушала безумные крики на сцене, смотрела на безумные лица, отраженные в огромных зеркалах и повторенные на экранах вдоль стен, и наконец закричала сама.

— Нет! Нет! Нет! Деннис, нет!

Но босс исчез. А вокруг бесновались люди. Кто-то дёрнул ее за руку — она упала с дивана. Другой коленом раздвинул ей ноги, третий накрутил на руки волосы.

— А-а-а — неслось по залу со всех сторон.

Вдруг тяжесть, пригвоздившая ее к полу, исчезла.

— Беги! — кто-то выдохнул ей прямо в ухо. — Беги к водопаду. Там пещера.

И Алина сорвалась...

Алина бежала, не оглядываясь и перепрыгивая через ступеньки и тела. Она расталкивала людей и шаг за шагом приближалась к выходу. Никто ее не останавливал. Вот каблук зацепился за край ковра, она взмахнула руками, пытаясь удержаться от падения, но кто-то сзади вдруг оказался твёрдой опорой. Он буквально вытолкнул ее за дверь и придал ускорения.

— Водопад! Пещера! — она опять услышала эти слова и ещё что-то, но не поняла. Алина сбросила и вторую туфлю и теперь мчалась к лифту босиком.

В какой-то момент вдруг поняла: ее не преследуют. Уже нажав кнопку вызова оглянулась: сзади охранники боролись с двумя мужчинами. Один из них стоял, прижавшись спиной к стене, и отражал атаки тростью. Двери лифта закрылись. Последняя картинка, отпечатавшаяся в воспалённом мозгу, — высокий мужчина в чёрном смокинге, державший перед собой палку.

В лифте она пришла немного в себя. Посмотрела зеркало и ужаснулась: растрепанные волосы лежат на лице, косметика размазана, узкое чёрное платье с блестками с одного боку разорвано по шву и держится только на плечах. На колене зияет дыра с целым веером стрелок. Алина покосилась на камеру, висевшую в углу, и быстро сбросила колготки. Только сейчас поняла, что это безумное предприятие похоже на авантюру: из здания ей не выбраться. Охрана по видеонаблюдению уже догадалась, что запланированное представление провалилось. Она наверняка уже разбирает завал.

Двери лифта открылись — девушка осторожно выглянула в холл. Там спокойно бродили люди, звучала музыка, и никто не волновался. Будто здесь текла другая жизнь, радостная, счастливая, без наркотиков и насилия. Алина вышла, но испугалась пересекать свободное пространство. Тогда она повернула налево от лифтов, где увидела табличку туалетов.

Заскочила в кабинку и замерла, прислушиваясь. Никого. Она села на унитаз. Надо прийти в себя и обдумать дальнейшие действия. Евро по-прежнему спрятаны в бюстгальтере, а вот справочник покериста остался в комнате: слишком маленькая сумочка была аксессуаром к нарядному платью.

— Что делать? — шептали пересохшие губы. Бежать к водопаду? Но она не знает, где он находится. И потом, можно ли доверять словам незнакомца? Вдруг это ловушка?

Она, так ничего и не придумав, хотела уже покинуть кабинку, как дверь туалета открылась.

— Смотри, свободная кабинка, — сказал кто-то по-английски. Алина обрадовалась, что можно послушать новости, но уже через пять минут разочаровалась. Девушки болтали о кавалерах, о том, какой вкусный салат из утки с руколой, и о том, куда они направятся после ужина.

— Ты видела их? — неожиданно спросила одна дама. Алина с трудом расслышала ее из-за шума воды, лившейся из крана.

— Моделей? Да. Красотки, ничего не скажешь. Интересно, как они достигают такой внешности?

— Пластическими операциями, как ещё.

— Согласна. Их сегодня что-то рано увезли.

— Наверное, клиенты отказались, — засмеялась другая и что-то добавила по-испански. — Ой, прости, я знаю, что ты плохо понимаешь наш язык.

— А тебе не кажется, — не отступала первая, — что сегодня как-то охрана суетится?

— Почему ты так решила?

— Обычно в лифт никого из посторонних не пускают, а сейчас он свободен. Пошли?

— Давай...

— Простите меня, — вышла из кабинки Алина. Девушки взвизгнули и отпрянули к двери, но остановились.

— Что-то случилось? — вежливо спросила одна, высокая брюнетка в такой короткой юбке, что было видно нижнее белье при малейшем движении. Она смотрела на босые ноги Алины и разорванное платье.

— Нет, ничего страшного, я сломала каблук, упала, и платье разошлось по шву. Теперь сижу здесь, боюсь выйти.