— Клуб «Зазеркалье» откроется в этот уикенд. Мой начальник предложил составить ему компанию.

Карлос не успел дослушать жену, как волна адреналина опрокинула его и понесла. «Вот оно! Наконец-то! — ликовала душа. — Теперь потягаемся, кто кого».

— У тебя есть телефон начальника? — обратился он к жене, нервно потирая руки.

— Карлос! — раскричались хором Соня и Хулио, ты что задумал?

Но друг на их крики не обратил никакого внимания. Он смотрел на Мадлен и молча ждал ответа.

— Да, — после мучительной паузы произнесла жена, — ты хочешь попасть на открытие? Но туда вход только по пригласительным билетам. Абы кого не пустят. Каждый кандидат проходит проверку.

— А ты можешь за меня поручиться, — уверенно ответил Карлос. — А на взнос я деньги найду.

— Ты что творишь? — схватил его за локоть Хулио и потащил на набережную.

— Пока не знаю, но чувствую, что так будет правильно. Я с ума сойду, если не разгадаю эту тайну. Под носом у нормальных людей кто-то делает гнусности, а ты предлагаешь закрыть глаза? Я ещё и Жоана подключу, только домой вернусь.

— Если получится, с кем ты пойдёшь? С Мадлен? Тебе ее не жалко второй раз подвергать испытанию?

— Ещё не придумал. А ты с Соней пойти не хочешь? Я заплачу. Все-таки страховать друг друга будем.

— Ты думаешь, получится достать три приглашения?

— Попробуем.

Они вернулись к девушкам, встревоженными глазами наблюдавшими за их совещанием.

— Звони своему другу, узнавай стоимость визита в клуб и договорись о трёх пригласительных.

— Карлос, может, не надо? — расстроилась Мадлен. — Я ничего не помню, поэтому мне страшно.

— Мы уже знаем, что транс, в который впадают люди в зале, спровоцирован напитками. Просто пить ничего не будем и сохраним трезвую голову. А если ты не хочешь идти, предложи Эрике. Я помню, ей понравилась эта идея.

Мадлен позвонила начальнику, долго слушала, что он ей говорил. Карлос от нетерпения разорвал салфетку на крохотные кусочки, потом стал собирать ее по столу. Соня мягко отстранила его руки и убрала все сама. Наконец Мадлен отключилась.

— Мой шеф, она по-прежнему не называла его имени, согласился. Он позвонит знакомому, а тот передаст по цепочке дальше. Хозяин клуба никому неизвестен. И сколько звеньев в этой цепочке тоже. Я сообщила ваши данные для проверки. С Хулио и Соней проблем не будет, а вот ты, Карлос, можешь проверку не пройти. Твой отель слишком близко расположен от ущелья, где находится клуб.

«Если бы ты знала, что я практически сосед одной из их баз, ты бы была очень удивлена», — подумал Карлос, но вслух сказал другое:

— Отель не мой, а родителей. Так что меня с ним, думаю, никто не свяжет. Сообщи им мой адрес в Барселоне и место прежней работы, только уточни, что я оставил службу. После аварии решил развеяться. Машина тоже была дядина, так что меня никто не свяжет и с происшествием в ущелье, после которого клуб прикрыли. Инвалид с палочкой не вызовет подозрения. Его можно не опасаться, — пошутил он.

— Это ты инвалид? — расслабилась и Мадлен. — Дорогой, ты и палочкой сильнее многих будешь. Навыки все равно не потерял. Думаю, чёрный пояс не за красивые глаза дают.

На этом и порешили. Хулио был недоволен таким поворотом дел, а Соня обрадовалась. Любопытство присуще даже кошке, а уж девушке-беженке, которая только начала включаться в нормальную жизнь, тем более.

В Деревню Ангелов возвращались в приподнятом настроении. Молчаливый Карлос обдумывал разговор с Жоаном, который ему предстоял по приезде. Соня дремала, Хулио легонько что-то напевал. Когда обогнули очередную гору, увидели, как навстречу едет чёрный джип. Внезапно окошко на двери внедорожника поехало вниз, из него высунулась женская рука и швырнула бутылку прямо под колёса Ауди.

Хулио на секунду потерял управление. Машина заюлила на шоссе, но Карлос вцепился в руль и удержал ее от вращения. Сзади закричала от страха Соня. Как только автомобиль остановился, Карлос, не обращая внимания на причитания Сони и ругательства Хулио, бросился к бутылке, отлетевшей к ограждению и застрявшей в ветках кустарника.

Он с трудом достал ее и принёс в машину.

— Смотрите! Я прав!

— «Спаси меня!» — причитала по-русски потрясённая Соня.

У Алины наступило несколько дней покоя. Ее никто не трогал, никуда не возил, да и Артур не показывался. «Раны, наверное зализывает», — думала она, но нисколько уже его не жалела. За такие деньги, которые он получил от шефа за избиение, можно и потерпеть парочку оплеух.

Охраняли ее двое крепких парней. Алина видела в окно комнаты, как они отпирали калитку на мост и по утрам занимались спортом вдали от посторонних глаз. Утреннее солнце играло на сильных, покрытых потом телах, переливалось в изгибах мышц, жирно лоснилось на кубиках живота.