Карлос усмехнулся: мать в своём репертуаре. Ей обязательно надо само контролировать любой процесс. 

— Карлос, — увидев сына, позвала его мать, — сядь сюда, — она показала на соседний стул, — расскажи мне, кто эта девица и что она у нас в отеле делает.

— Соня тебе уже объяснила, что это Алина, ее сестра.

— Вот только не надо меня дурить. Я уже давно на свет родилась. Разве похожа эта утонченная красавица на простушку Соню? Ни за что не поверю, что она ее сестра.

Карлос повернулся и посмотрел на Алину. Он уже где-то видел эти платиновые волосы, красивые губы. Тут девушка подняла глаза — Карлоса будто прошибло током. «Она! Она? Что делает здесь русская красавица, похожая на актрис тридцатых годов?» — он встал и вышел: надо было собраться с мыслями.

— Ты чего такой встревоженный? — окликнул его Хулио, только что спустившийся на лифте. 

— Надо поговорить. Я не понимаю, что происходит.

Хулио подхватил его под локоть и посадил на диван в холле.

— Что случилось? — он первый раз видел Карлоса таким растерянным и ошарашенным.

— Ты не поверишь! Я ее узнал!

— Кого? Алину? Она что, актриса? — зачастил Хулио. Его глаза так и засияли от любопытства. — Ее украл, наверное, горбатый старик и увёз в горы. Может, мы за ее спасение награду получим?

— Хватит тебе шутить. Она не актриса.

— Совсем заинтриговал. Тогда кто.

— Девушка-медсестра из России, которую я выбрал по уходу за собой, когда пришёл в себя. Ну, та, которая приехать отказалась.

Хулио открыл рот, желая что-то сказать, и так и остался сидеть. Потом сглотнул слюну.

— Нет, я не понимаю. Как такое могло произойти? Где ты и где она! Разные миры, разные страны, разные языки. Я слышал, что бывают совпадения, но о таких — никогда. Карлос, это судьба!

— Ладно тебе смеяться, — отмахнулся от друга Карлос, отчего-то непонятное волнение заставило колотиться сердце. Ладони вдруг стали влажными, и он вытер их о джинсы. — Давай о деле поговорим. Только что меня навестил один из охранников Алины. Представился менеджером клуба «Зазеркалье» Артуром Миллером.

— Немец, что ли? — присвистнул Хулио. — Интересно, что за осиное гнездо мы разворошили?

— Не знаю, кто он по национальности, но по-испански говорил без акцента.

— Может и так. В последние годы понаехало всяких... И что он хотел?

— Угрожал. Открытым текстом сказал, что будет нам плохо, если не отдадим Алину.

— Вот оно что! — Хулио помолчал. — И что ты решил? Карлос, а может, не будем связываться. Прикинь: на одной чаше весов дорогие тебе люди, а на другой... Кто она тебе? Неизвестная девушка из чужой страны. Да, интересное совпадение судеб, и что? Из-за этого не стоит ставить на кон жизни матери, Антонио и наши с Соней. Отдай ее властям, и дело с концом. Ты свою миссию выполнил.

— Я тоже об этом подумал и позвонил Жоану, помнишь, дядя Эмилио о нем говорил. Жоан — полицейский. Он скоро приедет.

Сказал, а сердце защемило. «Что со мной? Веду себя как подросток, у которого гормоны играют. Хулио прав, семья дороже», — упрекал себя Карлос, понимая, что не отступит. 

— И все же интересно, как Алина оказалась в этой ситуации, если она сначала хотела работать медсестрой по уходу?

— Настало время выслушать ее историю.

— Согласен.

Друзья вернулись на кухню, чтобы позвать девушек за собой, и опять Карлос поразился: неприступная и непреклонная Ремей угощала названных сестёр кофе. Мало того, Алина что-то рассказывала, а старушка смеялась.

Карлос с Хулио переглянулись и хмыкнули. Алина подняла на них смеющиеся глаза, и Карлос чуть не задохнулся. Темно-серый океан своей глубиной поразил его в самое сердце и потащил за собой на дно. Пульс участился, кровь прилила к ушам, которые неожиданно запылали.

Алина, поймав внимательный чёрный взгляд, тоже смутилась и опустила глаза в чашку. Хулио смотрел сначала с любопытством, а потом с изумлением, как оба, и Алина, и Карлос, неожиданно покраснели.

— Карлос, ты когда мне объяснишь, что здесь происходит? — закричала Ремей, увидев сына.

— Соня, переведи. Алина, я хотел бы с тобой поговорить. Ты не против?

Алина кивнула и встала, задев столик. Чашки задрожали. Из одной выплеснулось кофе и растеклось лужицей по столу. Карлос заметил, что непроизвольно отмечает все моменты, связанные с девушкой, и теряет ориентацию. В душе бушевал ураган.

— Никуда она не пойдет, пока мне все не расскажешь, — заслонила собой девушку маленькая Ремей.