– Я не злю. Мне непонятно, почему он тянет резину. Мне кажется, что Антонио у него нет.

– А где тогда он?

– Не знаю. Если Артур не покажет нам мальчика, мы с тобой начнем отступать к машине. Это ловушка.

Мимо пронеслось несколько машин. Последний автомобиль притормозил возле Алины.

– Мадам, что случилось?

– Я не понимаю по-испански, – ответила она, но потом добавила по-английски, – все в порядке.

Артур на противоположной стороне тоннеля временно затих. Даже фары потушил, чтобы в их свете никто не разглядел людей и номера джипов.

– Может быть, у вас сломалась машина? – продолжал настаивать незнакомец.

– Тебе сказали ясно, что все в порядке, вот и вали отсюда быстрее, – грубо рявкнул из-за плача Алины Хулио.

Добровольный помощник пожал плечами, ругнулся сквозь зубы и уехал. Как только его фары пропали из виду, из темноты материализовался Артур. Он подошел так незаметно и бесшумно, что Алина вздрогнула, увидев его рядом с собой. Лицо, свободное от пластыря, покрывали мелкие красные пятна ожогов, вызванные рассеявшимися капельками жира. На голове торчал свалявшийся клок волос: видимо, сюда попала горячая сковорода. Алина молча ждала ответа, не испытывая к этому человеку уже ни капли сочувствия. «Так тебе и надо!» – даже злорадно подумала она.

– Что, любуешься, сучка! Смотри, что ты со мной сделала!

– Сам виноват! – парировала Алина. – Если бы ты не напал неожиданно, ничего бы не случилось. Где ребенок?

– Успокойся, он спит в машине, – сквозь зубы процедил Артур, – сходи и забери его.

Алина облегченно вздохнула. Кажется, ее версия о том, что похищение мальчика – идея Артура, подтверждается. А значит, он и сам находится в шатком положении.

– А ты не боишься дров наломать? Деннис знает о твоей самодеятельности?

– Не твое сучье дело. Он велел привезти тебя сегодня, я еле выкрутился.

– Артур, может, попробуем договориться? – тихо спросила Алина. – Прости за сковородку и дай мне уйти. Скажи, что ты не виноват. Меня упустил тот козел в зале, которому меня подсунул на вечерок сам шеф. Вот пусть с ним и разбирается. Я клянусь, что не дам показания в полиции, а без них и дело завести не смогут: нет улик.

– Ты что мелешь! – ткнул ее в бок Хулио. – Молчи!

Но Артур не обратил внимания на его слова. Он смотрел только на Алину.

– Не выйдет. Слово хозяина – закон. Если он узнает, что я тебя отпустил, из-под земли меня достанет и туда же закопает живьем. А рядом и тебе могилку выроет. Еще никто с боссом так не поступал. Он не простит. А если по-тихому вернешься, он может, и не догадается, что ты исчезала.

– А разве твои помощники не проболтаются?

– С чего бы это? Они же и упустили, пока я делами шефа занимался. Их тоже погладят не по голове, а по шее, да так, что головенка отвалится.

Артур посмотрел на Хулио и быстро заговорил по-испански, показав на машину пальцем. Тот кивнул и потрусил к автомобилю. Менеджер в это время крепко держал за руку Алину.

– Боишься, что сбегу? – спросила она, наблюдая за суетливыми действиями друга Карлоса. Вот он открывает дверку джипа, вот показывается вместе с Антонио, который спит.

– А кто тебя знает! Можешь, – устало прикрыл глаза Артур.

И тут произошло то, чего никто не ожидал. Хулио не успел и два шага сделать к выходу из тоннеля, как мальчик проснулся и закричал:

– Пусти меня! Я не пойду! Я буду защищать Алину.

Хулио растерялся и поставил ребенка на асфальт.

– Алина! Алина! – закричал Антонио и бросился к девушке. Его сонное личико сияло от счастья. Он бежал, совершенно не замечая машину, только что показавшуюся из темноты тоннеля.

Волна страха за ребенка ударила Алине в голову, и она бросилась под колеса автомобиля. Успела вытолкнуть мальчика с опасного пути, но сама отпрыгнуть не смогла. Последнее, что осталось в памяти – это визг тормозов, удар и летящее в лицо полотно асфальта.

***

Высокий, обнаженный по пояс, мужчина стоял на краю обрыва. Алина находилась сзади, но так близко, что хорошо видела загорелую спину, перекаты мышц при каждом движении, с наслаждением вдыхала пряный аромат его тела. Хотелось подойти и обнять. Прижаться к этой жаркой спине, провести руками по гладкой коже, почувствовать губами ее сладость. А она просто смотрела и любовалась.

Это ее мужчина. Именно тот, кто уготован судьбой. Тот, о котором говорила бабушка, толкуя пророческий сон мамы. Алина не видела его лица, но сердцем знала: это он. Слезы счастья текли по щекам, но она их не вытирала, просто подставляла ветру и солнцу мокрое лицо и понимала, что за этот невероятный миг прозрения готова отдать свою жизнь.

Вот мужчина начинает поворачиваться. Красиво очерченный профиль, легкая щетина на подбородке, седина на висках. Кто он? Сердце замирает от восторга: сейчас, через секунду, она узнает его…