Уже через день ей сказали, что она находится в Испании, поэтому и не понимает язык. Переводчиком для нее стала девушка с косой, по имени Соня. Она рассказала, что год назад эмигрировала из Украины и теперь работает поваром при горном отеле. Хулио – это ее жених. Они знакомы только несколько месяцев, но их отношения набирают силу. Возможно, Соня произнесла эти слова шепотом, боясь сглазить, они к Новому году поженятся.

Красивого мужчину с тростью звали Карлос, а мальчика, его сына – Антонио. Когда они ее навещали, Алина всегда чувствовала, как тепло растекается по телу, а на глаза наворачиваются слезы. «Странно, что со мной? Почему я так на него реагирую?» – думала она, но втайне понимала, что лукавит: сердце ей давно подсказало ответ. И это было удивительно и непонятно. Как можно влюбиться в человека, о котором ничего, кроме того, что он несостоявшийся ее пациент, не помнишь.

Соня постепенно рассказала все обстоятельства жизни Алины в последние месяцы. Выслушав смешливую украинку, она ужаснулась. Как она, добропорядочная мать двух замечательных дочек, оказалась в такой ситуации? Как вообще решилась на такое?

– А почему я попала под машину? – спросила Алина.

– О, ты вообще такая умница. Артур, помнишь такого? – Соня выжидательно, наклонив голову вбок, разглядывала Алину, но та отрицательно качнула головой. – Не важно. Так вот, Артур, чтобы вернуть тебя своему хозяину, украл Антонио. Он назначил вам встречу в горном тоннеле у плотины.

– Где? – изумилась Алина. – И я поехала?

– Конечно. Только Хулио был с тобой.

– А почему не отец мальчика?

– Так Артур его ненавидел. Из-за вмешательства Карлоса в твою жизнь, разрушились все планы Артура. Он только рад был ему насолить.

– Понятно. И что дальше случилось?

– Мой Хулио оказался просто молодцом. Представляешь, он, когда выбежал в холл за ключами, рассказал обо всем Карлосу, а тот связался с полицией. Так что в тоннель вы поехали одни, но Жоан…

– Кто такой Жоан?

– Ой, все время забываю, что у тебя амнезия! – Соня смешно взмахнула руками. – Жоан – это друг Карлоса, он полицейский.

Постепенно сумбурный рассказ Сони, часто перебиваемый вопросами Алины, выстроился в четкую картину.

Карлос, узнав о месте обмена, сразу связался с Жоаном. Тот, находясь в это время на горнолыжном курорте, не мог приехать сам, чтобы не сорвать спланированную операцию. Но он тут же связался с начальством и направил к тоннелю оперативный наряд полиции. Из-за спешки полицейские тактику захвата преступников обдумывали на ходу, поэтому действовали больше по ситуации, чем по четкому плану.

Карлос на своей темно-синей Ауди должен был въехать в тоннель и застать Артура и охранников врасплох. Все так и случилось бы, если бы внезапно Антонио не вырвался из рук Хулио и не бросился к Алине. Автомобиль Карлоса в этот момент въезжал в тоннель и почти остановил движение. Алина спасла ребенка, но сама слегка пострадала.

Удар был слабый, но и его хватило, чтобы девушка упала лицом на асфальт.

Артур с охранниками, увидев, что их задумка сорвалась, попытались под шумок исчезнуть, но полиция перекрыла въезды в тоннель и сразу перехватила преступников.

– Ты получила только легкое сотрясение мозга и все, – резюмировала сказанное Соня. – Знаешь, как перепугался Карлос, когда понял, что невольно сбил тебя? На нем лица не было. Всю дорогу да госпиталя он держал тебя на руках. Алинка, мне кажется, он в тебя влюбился. Да и ты на него так-и-и-и-ми глазами смотрела! – Соня засмеялась. – Я все ждала, когда вы вместе из спальни выйдете.

– Тогда почему я ничего не помню? – Алина потрогала горячие щеки. Она чувствовала смущение, а еще томление и жар между ног при одном только напоминании о предполагаемом контакте с Карлосом.

– Доктор говорит, что амнезия психологическая. В последнее время ты находилась в таком нервном напряжении, что достаточно было небольшого толчка, чтобы мозг выключился.

Один раз ее навестила странная старуха. Одетая в черное платье, она села на стул возле кровати, нахохлившись, как галка на заборе, а потом встала и внезапно поцеловала Алину в лоб. Соня рассказала ей, что это мать Карлоса. Она благодарна ей за спасение внука, но раньше не приходила, так как было стыдно: Ремей плохо отзывалась об Алине, заставившей ее семью пережить такие тяжелые времена.

Из госпиталя Алину выписали через десять дней. Когда она переоделась и подошла к зеркалу, сначала себя не узнала. Все лицо справа было покрыто мелкой сеткой царапин, стягивавших кожу.

– Не переживай, ты скоро поправишься, – тихо сказал Карлос, ждавший ее возле дверей. Он подошел и нежно взял ее за локоть. – Поехали домой.

«Домой?» – удивилась Алина, но тут же сообразила: действительно, домой.

Сравнивая сегодняшнее свое состояние и прошлую жизнь с мужем, она вдруг поняла, что только сейчас в ее душе поселился покой. Пришла уверенность в завтрашнем дне и надежда, пусть и призрачная, на счастье.