— Я знаю. Я знаю, что ты этого не хотел. Просто убирайся из машины, все в порядке. Мне нужно на работу, пока ты не ударил меня в другое плечо.

— Это не смешно, — отрезал он. — Это был несчастный случай.

Внезапно я перестала смеяться и резко ответила ему:

— Черт побери. Я просто прикалываюсь над тобой. — Я посмотрела на него широко раскрытыми глазами. — Шутка. Ты знаешь, что это такое?

Я вроде как уже называла его упрямой задницей, и он не обратил на это внимания, но это могло быть потому, что он ударил меня сразу после этого.

— Да, я знаю, что такое шутка, — проворчал он в ответ.

Было ли это потому, что я устала от всего этого дерьма, конкретно его дерьма или чего-то еще, но поняла, что меня все меньше и меньше волнует, кто он такой и что я, вероятно, должна вести себя с ним иначе. Может быть, не абсолютно во всем, но, по крайней мере, немного по-другому.

— Я счастлива это слышать.

Я сгребла пятьдесят баксов, которые упали мне на колени после встречи его кулака с моим плечом, и бросила ему.

— Мне действительно нужно на работу, так что... — Я кивнула в сторону двери рядом с ним, безразличная к тому, как грубо себя вела.

Култи выглядел смущенным из-за того, что я выгоняю его? Думаю, да, но он не стал спорить, взял скомканные деньги и держал их, когда выходил из машины. Выпрямившись, он придержал дверь одной рукой и заглянул внутрь.

— Спасибо.

Наконец-то.

Я моргнула и кивнула ему.

— Всегда пожалуйста.

И вот так просто он закрыл дверь.

— Вы можете подтвердить, что действие его водительских прав приостановлено? — спросил нетерпеливый мужчина.

Я потерла бровь тыльной стороной ладони и неловко уставилась на репортера.

Что я могла подтвердить, так это то, что у него был ненадежный водитель, и я еще не видела его за рулем. С другой стороны, разве у богатых людей не бывает водителей? Я не единожды встречала таких. В этом не было ничего особенного. Черт возьми, если бы могла себе это позволить, я бы тоже попросила кого-нибудь возить меня. Стоять в пробках — и в пробках Хьюстона — это полный отстой.

Но его вопрос не давал мне покоя, как и инцидент в баре. У Марка создалось впечатление, что он не носил с собой никаких ключей от машины, и я просто никогда не удосуживалась выяснить, оставил ли Култи машину у бара или нет. В любом случае, мне было все равно.

— Я ничего не могу подтвердить, так как не знаю. Извините, но мне действительно нужно встретиться с командой, я опаздываю. — Я действительно опаздывала. Я проспала сегодня.

— Вы видели, как он водит машину? — этот человек был неумолим.

Я этого не видела, но все равно не была настолько злобной сукой, чтобы подтвердить этот факт. Может, Немец и был полным придурком, но ему явно нравилось уединение, и я не собиралась бросать его под автобус за это. Кроме того, вся проблема заключалась в том, что руководство «Пайперс» было очень обеспокоено всем, что связано с Рейнером Култи, так что я, черт возьми, не собиралась попадать в этот капкан. Что это значило? Мне нужно немедленно закончить это интервью. Именно это я и сделала.

— Я не обратила внимания. Очень жаль, но мне действительно нужно идти. Простите!

Я терпеть не могла быть грубой с людьми, но, в конце концов, предпочла сойти за засранку, чем оказаться безработной болтушкой.

Действие его водительских прав было приостановлено? Вау. Действительно. Вау.

Правда это или нет, неважно, но, несмотря на то, что это не мое дело, я не могла не думать об этом. И главное, насколько неприятными для команды будут последствия, если этот слух распространится. Разве его агент, или менеджер, или кто-то еще, не должен заниматься подобными проблемами?

Чем дольше я думала об этом во время тренировки, тем больше убеждалась, что, возможно, мне не следует молчать об этом. Большинство вопросов, которые мне задавали, были безобидными, но не этот.

Черт возьми.

В итоге, примерно через час после начала тренировки, я поймала Култи, стоящего в стороне и просматривающего наши сценарии игр.

— Репортер из «Хьюстон Таймс» сегодня утром просил подтвердить, что у вас приостановили действие водительских прав, — сказала я как можно небрежнее и достаточно тихо, чтобы услышал только он. — Я ничего ему не подтвердила, но подумала, что вы должны знать об этом, и, возможно, захотите рассказать своему пиар-менеджеру, чтобы он позаботился об этом, или что они там делают.