Он хмыкнул. Странно и надменно. Проговорив колко то, о чём я догадывалась, но никак не думала, что это окажется правдой…

— Да, ты права… знаю.

Я ошеломленно заморгала, понимая, что он знал о моих метаниях, о моих переживаниях и беспокойстве, очевидно давай отчёт своему поведению, но даже не пытаясь передо мной объясниться. Но почему? Разве он не видел, как расстраивает меня своей отстранённостью или безразличием?! Я теперь даже не знаю, как именно мне назвать его поведение. Но с каждой минутой что он молчал, я все больше и больше убеждалось в том, что есть какая-то причина его поведения, но говорить о ней он не считал нужным.

Поэтому сглотнув подступающие слезы обиды и горечь в горле, я дала себе слово, что больше и слова не вымолвлю ему по этому поводу. Потому что унижаться это последнее, что нужно делать перед мужчиной. Требуя, моля и просто прося объясниться в том, что послужило его холодному отношению. Особенно перед таким мужчиной как Адамас, который прекрасно осознавал свою силу и значимость. Зазнается ещё и тогда точно я не увижу ничего, кроме боли. Все-таки это я женщина, а как везде писалось и говорилась, власть над мужчиной только в наших руках! Но с другой стороны Адамас не простой мужчина… И мне остается только гадать, что творится в его голове.

Весь оставшийся путь мы молчали, не обмолвившись больше и словом, погруженные каждый в свои мысли. Я бы предположила, что Адамасу вообще все до лампочки, но ощущая своей спиной как его грудь время от времени напрыгалась и замирала, а вены на руках выступали тугими дорожками, было ясно что и в его голове крутились тревожные мысли. И мне очень хотелось верить и надеяться на то, что он обдумывал наши отношения. Если все что было между нами можно было назвать отношениями.

Я даже не сразу заметила, как мы свернули с дороги, которая освещалась только факелами в руках мужчин. И в начале колонны, где ехали мы, самый первый огонь горел в руках Аларика, так как руки Адамаса были заняты поводьями и мной.

Ночь была прохладная и очень тёмная, луна ещё вчера скрылась с небес и лишь только крапинки ярких звезд добавляли света на этой кажущейся чёрной земле. Мы выехали на небольшую полянку среди деревьев, когда войны не спешили спешиваться а внимательно оглядывались по сторонам, уже расходясь из колонны к окраинам поляны, чтобы заглянуть в дремучий ночной лес, явно пытаясь обнаружить там опасность. Но долго это не продлилось, когда Адамас дал разрешение всем спешиваться.

— Торфун, Кай, Аларик. Выставите часовых, пусть будут на чеку, всем оставаться друг у друга на веду, расслабляться нельзя. Каждые 2 часа пусть меняются, распределите последовательность заступающих. И один из нас также с ними в дозоре, что бы в случае нападения заранее почувствовать исчадий. Я первый, а вы спать братья, в любой момент нам могут понадобиться силы.

Мужчины лишь кивнули и удалились, а меня снова передернуло от упоминаний тварей, которыми кишит это мир. Хоть я уже и смирилась с тем, что здесь это в пределах нормы, а главная задача этих мужчин оберегать все миры, в том числе и этот от тьмы. Но все равно было до жути страшно представлять то, что там, среди деревьев под покровом ночи на тебя смотрит что-то страшное и древнее. Выжидая когда ты потеряешь бдительность, чтобы накинуться на тебя в смертельной прыжке, отнимая жизнь самым болезненным и ужасным способом, орошая землю кровью и останками тела.

Из раздумий меня вывел голос Адамаса…

— О чём задумалась снова? — проговорил он спокойно, разглядывая меня сверху со своего величественного роста.

— О чудовищах. — ответила я коротко, запрокидывая голову и смотря ему прямо в глаза.

— Не бойся, не обязательно что они нападут. Но в этот раз мы в любом случае будем готовы. — говорил он уверенно и отчего-то делая шаг ко мне. — Но для твоей же безопасности ты ляжешь рядом с Алариком, а когда он сменит меня, то рядом уже буду я.

— Хорошо. — ответила я тихо и все также глядя на него, желая послать на хрен всю свою гордость и прижаться к его горячему телу, чтобы почувствовать наконец, что всё действительно хорошо. У нас.

Но я не решилась, скупо пожелав ему доброй ночи развернулась и отправилась к своему месту ночлега, с благодарностью в очередной раз приняв у Аларика еду.

— Тебе нужно лучше кушать, а то пока не пихну тебе в руки мясо, ты сама и не вспомнишь что нужно питаться. — ухмыляясь говорил Аларик.

— Спасибо. — хихикнув ответила я. Но тут же выгибая бровь, добавила серьёзней. — Просто кое-чьи перепады настроения отбивают весь аппетит.

Говорила и буравила взглядом удаляющуюся во мрак ночного леса широкую и могучую спину Адамаса. Не сразу заметив, как резко сошла улыбка с лица Аларика и на его лице проявилось беспокойство, которое он тут же старался спрятать от меня, стоило мне только перевести на него взгляд. Но немного помолчав, он все же заговорил…

— Ему сейчас непросто Амалия. В его крови невероятная сила, требующая концентрации и направления себя в нужное русло. На его плечах ответственность за все живое, поэтому он мечется, не зная может ли он позволить себе всего лишь одну слабость… Но эта слабость может обернуться крахом всему.