– Ты чего командуешь?
– Макс распалился. Мне показалось, что он сейчас набросится на Лёшку - Мне надо поговорить с братом!

Алекс засопел, ухватив Максима за предплечья и, яростно глядя в лицо, сказал:

– Не видишь, что ему башню снесло? Хочешь, чтобы вы поубивали друг друга? Он ведёт себя не как брат, а как обманутый муж и ревнивец. Пусть остынет, тогда и поговорить можно. А сейчас надо уберечь Лену от него. Волноваться ей не стоит. Уведи её, прошу. Не мне же успокаивать твою жену! Чёрт возьми, Макс, послушай меня хоть раз в жизни! Уйди вместе с Леной! Просто уйди!

Лёшка толкнул Максима. Тот постоял несколько секунд, затем сгрёб меня в охапку и увёл в пещеру. Пришлось протискиваться сквозь ораву любопытных. Под пристальными взглядами окружающих мне стало неуютно. Все глазели на нас с Максом и шептались за спиной.

Оказавшись внутри, Максим усадил меня на первую попавшуюся постилку из пальмовых лап и, опустившись рядом, прижал к себе. Мы замерли, обнявшись, стараясь осознать происшедшее.

– Я так горевал о гибели брата, что ни разу не задумался над тем, что было бы с тобой и мной, окажись он жив, - сказал Максим, и я еле узнала его голос, настолько он стал хриплым.

Я ничего не ответила, так как губы не слушались меня, да и мысли тоже. Сумбур в голове был такой, что я с трудом понимала что случилось. Человек, по которому я горевала, оказался жив. И теперь всё встало с ног на уши: мой муж отныне вновь Кирилл, а Максим

– его брат и никто больше. Впрочем, теперь по отношению ко мне он был любовником. Ещё несколько минут назад я купалась в счастье, а сейчас огромное горе обрушилось на голову. Хотя, о чём это я? Кирилл был жив, и это должно было быть поводом для радости. Но, увы, в сложившейся ситуации ни о какой радости не было и речи.

Даже не знаю, сколько мы просидели в пещере, укрываясь от гнева Кирилла и осуждения окружающих. Ситуация была ужасной. Максим несколько раз порывался выйти, но я цеплялась за него, прося остаться.

– Кирилл должен понять нас, - глухо произнёс Максим.
– Сейчас перебесится, да остынет. Ну невозможно же враждовать из-за случившегося. Мы с тобой не хотели никого обманывать. Если бы не уверенность, что Кирилл умер, мы никогда не стали бы близки.

При мысли о том, что мы могли остаться просто деверем и невесткой, мне стало страшно. Оказывается, я намного больше боялась потерять Максима, чем вызвать гнев Кирилла. Для меня Кирилл стал не мужем, а человеком, имеющим на меня права по закону. Тем, кто в первую брачную ночь бросил меня одну. Тем, кто должен был остаться в прошлом.

Только сейчас осознала слова Максима и вскинула голову, заглянув ему в глаза.

– Скажи, а если бы сейчас можно было отмотать всё назад и оказаться в поезде перед тем, как мы стали близки, ты бы переспал со мной, если бы знал, что Кирилл жив?

Я ждала его ответа с трепетом. Неужели скажет, что нет? Но он не сказал. Вместо этого прижал меня к себе ещё крепче и поцеловал в макушку.

– Если бы даже весь мир рухнул мне на голову, я не смог бы не любить тебя. Это чувство сильнее меня и братского единства. Я не жалею ни о чём. Надеюсь, что Кирилл поймёт нас и простит. Посиди здесь, а мне надо объясниться с братом.

Максим встал, оставив меня. Вышел из пещеры, а я согнула ноги, обхватила их руками и склонила на них голову.

Снаружи раздались крики. Я прислушалась. Кирилл кричал, но что именно, я не могла разобрать. Поднялась и вышла из пещеры.

– Да как ты мог так поступить!
– голос Кирилла выдавал ярость.
– Предатель!

Судя по тому, что несколько человек держали Кирилла, а другие держали Макса, они успели накинуться друг на друга. Ну вот, только этого не хватает!

Ко мне подбежали Лариса и Ксюша. Обняли меня и потеснили, чтобы держать в стороне от мужских разборок.

– Надо же, какая неприятность, - запричитала Ксюша.

– Неприятность?
– я вскинула на неё глаза.
– И это ты называешь неприятностью?

У меня даже не хватило слов, чтобы охарактеризовать происходящее. Поэтому пришлось замолчать. Максим и Кирилл какое-то время подёргались в руках удерживающих их мужчин, а когда обвинения в адрес друг друга кончились, они обмякли.

– Я понимаю твои чувства, - примирительно сказал Максим, - но и ты должен понять мои. Полгода я считал тебя погибшим, а Лена стала для меня смыслом жизни. Вначале мы пытались помочь друг другу, а потом полюбили. У нас будет ребёнок и для всех мы - муж и жена.