Когда Кирилл объявил об окончании войны, все, кто был в его группе, возликовали. Они обнимались и плакали. Только Гарри, Сэм и Билл не разделили их радости. Они с хмурыми лицами созерцали всеобщее веселье, бурча под нос, что штабные совсем не учитывают интересов простых смертных.

Слушая их, Кирилл не сдержался и, скрипнув зубами, заорал:

– Как вы можете так рассуждать? Неужели вы считаете себя хозяевами жизни? Думаете, что захваченные вами люди должны быть вашими рабами?

– А ты чего это за них заступаешься?
– маленькие серые глазёнки Сэма полезли из орбит. Он перехватил получше автомат, заподозрив неладное, но, поняв, что бунт против начальства может стоить ему жизни, ослабил хватку. Но возмущаться он не перестал: - Сам стоишь у власти, так думаешь, что жизнь - малина? Мы всегда были в зависимости от власть имущих. На нас пахали! Мы выполняли самую грязную и тяжёлую работу! И вот сейчас, когда у нас появились русские рабы, штабные крысы дают им свободу!

– Полегче на поворотах!
– рыкнул Кирилл, услышав, что его соотечественников назвали рабами.

– Что, не приятно, когда о твоих коллегах говорят в таком тоне?
– Сэм подумал, что, оскорбив штабных, вызвал гнев Фрейзера.

Кирилл не сразу понял, о чём это Сэм, но когда до него дошло, раздул в негодовании ноздри.

– Мне всё равно как ты называешь штабных, - в этом Кирилл ни капли не слукавил.
– А вот по поводу тех, кого ты называешь рабами, хочу заметить, что именно эти люди смогли возвести купол и спастись от заразы, которая косила всех подряд! Именно они сумели вывести искусственно рождённых людей, которые имеют повышенный иммунитет. И именно они изобрели антивирус, который должен будет спасти оставшееся в живых население земли!

Гарри мрачно засопел и вставил:

– Видимо только из-за антивируса наши штабные и пошли на сделку с российскими учёными. Иначе я не могу объяснить такую перемену в политике. Нельзя вначале разорить страну, не оставив от неё камня на камне, а по истечению шести месяцев согласиться отстроить разрушенные города и позволить рабам вернуться домой.

– Рабам?! Заткнись, ублюдок!
– не сдержавшись, заорал Кирилл и вмазал кулаком по лицу Гарри.

– Ты чего?
– Гарри не рискнул ответить тем же, и остался стоять, схватившись за скулу.

– Не называй их так!
– зарычал Кирилл, зверея.

– Чего ты о них так печёшься?
– влез в разговор Сэм. Чтобы остановить драку, встал между Гарри и Фрейзером.
– Джеймс, неужели ты одобряешь действия нашего правительства?

Кирилл еле сдержался, чтобы не выкрикнуть, что он и есть один из тех, кого эти уроды лишили дома, родителей, жены и брата. Но вовремя спохватился. Не стоит торопиться. Для начала надо найти Максима, дождаться сыворотку, а то неизвестно когда над их землями распылят антивирус. До этого момента надо поддержать здоровье людей.

Сэм стоял, явно ожидая ответа. Кирилл надел на себя маску невозмутимости и сказал:

– А почему я недолжен одобрять решения, которые приведут к миру? Зачем одному человеку подавлять другого человека? Я против рабства. Россияне ничем не хуже нас. Во многом превосходят, и только лишь фактор внезапности дал нам возможность захватить их.

– Не настолько уж они и умные, если не смогли защитить свои границы, - хмыкнул Сэм. Мысль о том, что его согражданам удалось оккупировать Россию, доставляла ему удовольствие. Чувство превосходства тешило его самолюбие.

Кирилл и сам считал, что это непростительная оплошность, но, покрутившись среди штабных, понял, что атаку хорошо обмозговали, зная слабые стороны Российской обороны, и ударили тогда, когда никто не ждал. Защитники отечества не думали, что люди, поверженные вирусом безумства, сумеют до мелочей продумать хитрый план вторжения.

Недооценили противника, за что и поплатились. Ведь недаром говорят, что если хочешь мира, то готовься к войне.

Дни летели, как птицы, а Кирилл так и не мог сориентироваться на местности. Река, которую нашла его группа, оказалась полноводной, но плотины на ней не было, как и присутствия людей. По рации периодически удавалось связаться с Алексеем, но это не сильно помогало в поисках. Система навигации сломалась, и идти приходилось вслепую. Невозможно было запеленговать сигнал датчика рации Алекса.

Кирилл торопился, и спешка сильно мешала. Из-за неё он стал водить свою группу кругами. Хорошо, что удалось встретиться с группой Томпсона, несущей сыворотку. Кирилл велел своим людям забрать рюкзаки с лекарством и попытался отправить группу Томпсона обратно.

– Мало ли, какие приказы будут поступать из штаба, и тут выяснится, что вас нет на месте.

– Кирилл придал своему голосу твёрдость.
– Во времена перемен вы нужны штабному руководству.

И так было ясно, что грядут перемены, и они коснутся всех и каждого. Начинала действовать программа разоружения и теперь все, кто считал себя военнообязанным, должен был получить новое задание, не связанное с боевыми действиями и охраной пленных. Отныне поезда с людьми шли в обратном направлении, увозя россиян на родину. Ясное дело, что охранять их не имело смысла - и так никто никуда не сбежит. А если и сделает это, то пусть начинает новую жизнь за пределами своей страны. Никому не возбранялось жить там, где хочется.