* * *

Мне не хотелось ни о чём говорить. Лежала на боку и смотрела в одну точку, стиснув зубы. Жизнь только началась, а мне казалось, что она уже закончилась. Замужем пробыла всего несколько часов, и тут же стала вдовой. А теперь ещё должна была стать любовницей брата покойного мужа!

Капсула верности, вживлённая во время свадьбы, болезненно свербела, подавая тревожные сигналы. То я ощущала, что поступаю правильно, решив отдаться Максу, то вдруг во мне поднимался протест, напоминая о том, что я должна быть верна Кириллу. Это состояние выматывало. Чтобы как-то настроить себя на секс, принялась вспоминать подробности брачной ночи, когда муженёк предпочёл мои девственные глубины механической вагине. Аж противно стало от этих мыслей! Скрипнула зубами, чувствуя, как подкатывает к горлу ком негодования. Кирилл не любил меня, раз поступил так!

Молча дождалась ночи. Разговоры вокруг стихали, конвоиры укладывались спать.

Рядом со мной лёг Макс. Несмело придвинулся ко мне.

– Лена, ты нее передумала?
– спросил он и я услышала в его голосе нерешительность.

– Нет, - бросила в ответ и перевернулась на спину, чтобы видеть его.

По выражению лица Макса, поняла, насколько ему неловко в сложившейся ситуации. Он тяжело дышал и очень пристально смотрел на меня, будто впервые увидел. Наверное, нелегко стать любовником жены брата. Личные убеждения мешали ему сделать то, о чём я просила. Скорее всего, он считал, что, переспав со мной, предаст брата, опорочит его память. Да уж. Решиться на подобное трудно.

Какое-то время мы просто лежали, неподвижно, словно боялись спугнуть сам момент -такой хрупкий, нереальный, и прислушивались только к собственным ощущениям.

Чтобы помочь Максу сделать нелёгкий шаг, я обхватила его за голову и притянула к себе. Мои губы осторожно коснулись уголка его губ. Сердце сжалось, когда Макс нежно провёл пальцами по моему лицу. Чуть ли не теряя сознание от переизбытка чувств, смелее припала к его губам. Макс никак не отреагировал, словно решаясь на отчаянный поступок.

Кончиком языка я скользнула меж его губ и лизнула их. Затем проникла глубже к его языку. Максим судорожно выдохнул, застонал и страстно ответил на мои ласки. Барьер стеснения был преодолён! Его глаза загорелись, дыхание участилось.

Капсула верности, вживлённая под кожу в день бракосочетания, отчаянно посылала в мой мозг сигналы, блокирующие возбуждение. Надо было заранее изъять капсулу, но я не подумала об этом, и сейчас моё сознание боролось с действием капсулы. В голове всё путалось. Мне необходимо было переспать с Максом, и в то же время я должна была сохранять верность мужу. Я аж застонала от такого противоречия.

Попыталась успокоиться. Вдох. Выдох...

Мой муж пренебрёг мной. Он отказался от брачной ночи. Именно поэтому я сейчас вынуждена переспать с его братом. В душе вскипело негодование и злость на Кирилла. Я оказалась близка к чувству ненависти.

Включилось рациональное мышление. Итак, Кирилла нет в живых! Так кому я собралась хранить верность? Покойнику? Эта мысль взорвалась в моём мозгу, как водородная бомба и подавила действие капсулы. Теперь ничто не останавливало меня. Ограничения были сняты. Я ощутила себя свободной женщиной. Возбуждение вспенилось внутри меня, жаждая близости с мужчиной.

Стараясь не шуметь, мы раздевали друг друга, лаская и целуя полуобнажённые тела. Нам не терпелось слиться в едином порыве страсти, чтобы испытать блаженство. Неистовство сводило с ума. Наши тела горели от похоти. Мне казалось, что я стала бесстыдной жрицей любви, готовой к совращению. И даже было плевать, что вокруг нас полно людей. Пусть сделают вид, что не замечают нас. Ведь прошлой ночью мы не мешали им заниматься любовью, так пусть и они не вмешиваются!

Я кожей ощущала любопытные взгляды зрителей, но мне было совершенно всё равно. Сейчас для меня существовал только Макс, и только желание познать его сексуальность. С удивлением обнаружила, что мной движет не только страсть, но и нечто, очень похожее на любовь. Неужели всколыхнулись чувства, которые я испытала тогда, когда только познакомилась с братьями? Макс покорил меня своим живым чувством юмора, своей непринуждённостью. Но браки между обычно рождёнными были вне закона. Поэтому я приняла ухаживания Кирилла и внушила себе любовь к нему.

Как-то не вовремя я вспомнила об этом. Но ещё более не вовремя было влюбляться и привязываться к кому-то!

Но сердце не обманешь. Оно колотилось от сладостной муки. Я судорожно сглотнула и посмотрела на Максима. Его глаза отливали безумством, к которому примешивались отблески восхищения. Я вспомнила его страстный поцелуй в автобусе, его жадные взгляды, когда мы мылись в распределителе, и поняла, что он любит меня, причём давно и сильно.

Теряя голову от счастья, я с упоением ласкала каждый изгиб его потрясающего тела. Крепкие мышцы подрагивали под моими ладонями. Как же он прекрасно слажён! У него было совершенное тело! Я чуть ли не вопила от счастья при мысли, что этот мужчина сейчас займётся со мной сексом.

Его руки то нетерпеливо стискивали мои груди, то нежно скользили по коже, то приникали в укромные уголки, и тогда я выгибалась и стонала.

Вскоре сладостная истома возбуждения оказалась невыносимой. Максим навалился на меня и раздвинул коленом мои ноги. Он широко развёл их и одним движением ворвался в моё узкое девичье лоно. Я чуть не закричала, но вовремя зажала руками рот.

– Прости, - прошептал Макс, целуя меня в висок.

Перетерпев боль, я убрала руки с лица, и зарылась пальцами в густые мужские волосы.