Прилюдные поцелуи, объятия и иные ласки были под запретом. Так что пришлось обойтись прикосновением рук. Но даже такое проявление близости заставило моё сердце забиться чаще. Этот сильный, красивый мужчина сводил меня с ума.

Я отвела глаза и столкнулась со смешливым взглядом Макса. Потешается, гад! Знает, что у обычно рождённых чувства проявляются острее, чем у искусственников: поэтому я испытывала счастье, радость, желание поскорее покончить с формальностями и завалиться в постель с мужем. Но для Кирилла соблюдение всех правил было важнее всего. Впрочем, собираясь за него замуж, я знала о холодности искусственников. Они не были способны на такие же чувства и эмоции, что мы.

Макс подмигнул, мол, держись! Он-то понимал меня! Жаль, что запретили браки между обычно рождёнными. С точки зрения науки, такие союзы не могли принести здоровое потомство, и уж тем более было опасно выращивать детей в эмоционально нестабильных семьях, коими были признаны семьи обычно рождённых. Человечество уже начало забывать, как это можно любить от всего сердца, ненавидеть, страдать и радоваться, а в ответ получать такие же чувства от своей второй половинки.

Так что обычно рождённым было запрещено влюбляться в обычно рождённых. Подобная поведенческая аномалия считалась ущербной и опасной. И если случалась любовь между обычными людьми, то влюблённых разлучали, и чтобы они никогда больше не встретились, женщину помещали в питомник, откуда не сбежать, а мужчину перевозили в другую часть страны.

Мои раздумья прервал спокойный женский голос из динамика, который объявил:

– Кирилл Григорьевич Минаев и Елена Сергеевна Бродская, пройдите в кабинет для введения капсул.

В былые времена раздался бы марш Мендельсона, торжественно распахнулись бы двустворчатые двери в пафосный зал, радостная толпа родственников и друзей во главе с женихом и невестой ринулась бы в зал, где в торжественной обстановке молодожёнов объявили бы мужем и женой. Кажется, я чрезмерно увлеклась изучением традиций прошлых лет, раз мечтаю о подобном бракосочетании!

Ну ничего, меня быстро вернули к реальности: Кирилл взял меня за руку и повёл за собой. Стеклянные двери приёмной разъехались, пропустив нас с роднёй в белый кабинет с двумя кожаными креслами, которые стояли рядом, но были развёрнуты. Так что, сев в них, мы с Кириллом оказались слева друг от друга, и в то же время очутились лицом к лицу.

Родственники остались стоять позади кресел. Глаза Кирилла прищурились в улыбке, отчего мне стало приятно на душе. Хоть какое-то проявление чувств с его стороны!

– Не бойся, будет не больно, - подмигнул он, и мне на какой-то момент показалось, что он почти что обычно рождённый. Но его проявление человечности длилось недолго. Тут же маска непроницаемости легла на красивое лицо.

Наши кресла слегка разъехались, и в полу открылся люк. Из него поднялся стеклянный столик со стерильным лотом, где лежали две капсулы, синхронизированные меж собой. Рядом с лотком лежала красная бархатная подушечка, на которой находились два серебряных браслета в виде цепей с крупными звеньями.

– Положите левые руки на подлокотники тыльной стороной наружу, - раздался всё тот же спокойный женский голос из динамика.
– Приготовьтесь к введению капсул.

Теперь стало понятно, почему кресла стоят столь необычно! Как раз левые руки оказались посередине, возле столика. Два инъекционных манипулятора синхронно ввели нам под кожу капсулы.

Я ощутила неприятное жжение и поморщилась. А вот на лице Кирилла не дрогнул ни один мускул. Первая моя мысль после введения капсул, свелась к тому, что непроницаемость Кирилла и его сила заводят меня. Настоящий мужчина! Всегда сможет защитить свою женщину, и даже не дрогнет! Хм... Кажется, начали действовать капсулы, раз я стала восторгаться избранником. А, может, капсулы лишь усилили те эмоции, которые я испытывала прежде?

– Капсулы - лично для нас, а браслеты - для окружающих, - произнёс Кирилл, взял один из браслетов и надел мне на руку. Цепь звякнула и сжалась, плотно обхватив запястье. Украшение оказалось не слишком изящным, но прочным. Кирилл улыбнулся и заметил: -Теперь все будут знать, что мы женаты. Никто кроме меня, или тебя, не сможет снять с эти браслеты. Их невозможно ни порвать, ни распилить.

Я тоже улыбнулась, ощутив ласкающее прикосновение белого металла. Теперь была моя очередь «пометить» мужа: я взяла другой браслет и надела на руку Кирилла. Браслет тут же сжался до необходимого размера.

– Отныне вы - муж и жена, - огласила невидимая женщина из динамика.
– И пусть этот брак будет так же прочен, как и браслеты.

Сразу же из центра создания семьи мои родственники поехали в наш родной дом, но мне там больше нечего было делать. Я рассталась с ними, обещая часто видеться. Аэромобиль домчал меня с мужем, его братом и родителями до их дома за считанные минуты. Теперь мне предстояло навсегда поселиться под одной крышей с Кириллом и его роднёй.