Конечно, её признают непригодной для общества и решением суда заставят Кирилла взять в жёны ещё одну женщину, но Елена, и только она, останется для него единственной, ради которой он будет жить. Пусть сегодня она обиделась на него, и никогда не простит ему такую брачную ночь. Но так надо было сделать, и по-другому Кирилл поступить не мог...

Ночью меня мучили эротические сны. С помощью капсулы любовь к Кириллу проклёвывалась сквозь недовольство. Во сне мой муж был ласков со мной, и мы наслаждались сексом всю ночь. Просыпаться не хотелось, но меня разбудил протяжный вой сирены.

Я резко села в кровати. За окном слышались громкие хлопки, взрывы, крики, где-то занимался пожар.

– Что случилось?
– не поняла я, подбегая к окну.

Кирилл тут же оказался рядом.

– Неужели вторжение заражённых?
– в его голосе послышались металлические нотки злобы.

– Вторжение?
– в ужасе переспросила я, не веря своим ушам, и прилипла к стеклу ладонями. Мои глаза вгрызались в ночную тьму, выхватывая вспышки от взрывов и горящие следы трассирующих пуль.
– Неужели оборона страны пала?

– Похоже на то, - кивнул Кирилл. Он не паниковал. Голос чёткий, размеренный.
– Надо одеться и спуститься вниз.

Да, конечно, одеться! Я так растерялась, что готова была голой бежать.

В это время мимо стеклянных дверей промчался Максим. Но тут же вернулся за нами. Двери открылись, впустив его.

– Чего стоите?
– он метнул на нас недовольный взгляд.
– Одевайтесь! Нам надо в убежище!

Ничуть не стесняясь нашей наготы, он подбежал, схватил моё белоснежное свадебное платье и помог напялить прямо на голое тело. Благодаря Максу я даже не запуталась в одежде: в спешке обязательно бы нацепила не так. Кирилл уже всунул ноги в брюки и натягивал рубашку.

Ухватив за руку, Макс поволок меня к выходу. Я оглянулась на Кирилла. Он не отставал от нас. В моей голове была сумятица, но всё же проскользнул здравый вопрос: почему не муж, а Макс одел меня и пытается спасти? Тут же сама себе и ответила: потому, что Макс всё же паникует, вот и спешит. То ли дело Кирилл! Никого не боится! Даже вторжение извне его не покоробило! Эх! Мне бы придти в ужас от подобных мыслей, но я почему-то продолжала оправдывать все поступки Кирилла и тупо восхищалась им.

По другой лестнице к нам бежали родители Кирилла и Максима. Маргарита Станиславовна с бигуди на голове, Григорий Валерьянович в пижаме и с ночным колпаком. Переполошённые и суетливые, свёкор со свекровью показались мне нормальными людьми, а не напыщенными снобами, коими виделись прежде.

– Если на нас напали люди-мутанты, то спасения нет!
– Маргарита Станиславовна в отчаянии заломила руки.
– Они все поражены вирусом зла и убьют нас!

– Не драматизируй, - попросил Кирилл, нежно обнимая маму.
– Думаю, что наши военные дадут отпор противнику. Скоро всё стихнет.

Кирилл пошёл вперёд, увлекая за собой маму, за ними двинулся отец, потом я и Максим. Мы прошли в подвал и остановились возле бронированной двери. Кирилл ввёл код, и дверь открылась.

– Быстрее!
– скомандовал он, - подталкивая в тёмный коридор маму.

Как только мы оказались там, Кирилл закрыл дверь, закодировал замок, и вдобавок повернул массивные задвижки. Вдоль стен зажглись неоновые светильники. Мы оказались в небольшом помещении со стеллажами, где стояли консервы. Поодаль два раскладных дивана, одеяла, подушки, шкаф с одеждой и не большая дверь в комнату гигиены.

– Теперь даже ядерная война не страшна, - выдохнул Григорий Валерьянович, топчась у двери.

Неожиданно посреди убежища вспыхнула голограмма, обретя контуры президента страны.

– Граждане России!
– его голос был твёрд и зычен.
– Призываю всех к спокойствию. Атаку заражённых агрессоров мы отразим. Все воинские силы брошены на борьбу с оккупантами. Главное - не входите с ними в контакт. Спрячьтесь в убежищах и ждите дальнейших указаний. После того, как будет совершена зачистка территорий, мы произведём дезинфекцию местности. Возможно, некоторые дома придётся сжечь, если в них войдут заражённые иноземцы. Но российским гражданам, потерявшим таким образом жильё, будет выделено муниципальное убежище на время, пока будут отстраиваться города. Наша армия сильна, противник будет уничтожен, а границы укреплены. Ничто не должно омрачить жизни граждан России!

Патетическая речь смолкла, а вместо президента теперь замелькали силуэты пришлых людей, нападающих на мирных жителей. Внешне они ничем не отличались от нас, хоть я думала, что они изуродованы болезнями и имеют физические изъяны. Ничего подобного! Такие же люди, как мы, только вирус зла сделал их агрессивными.

От страха я схватилась за голову и закрыла глаза.

– Не бойся!
– Кирилл сгрёб меня в охапку, нежно прижав к широкой груди.
– Я с тобой рядом и никому не дам в обиду.