Лейтенант широко улыбнулся и посветлел. Он кивнул и быстро сбегал в зеленый вагончик, а вернулся уже с двумя пистолетами в руках.

— Алексеич, включай четвертую скорость! — кивнул стрелок.

Фигурки бородачей на полигоне стали появляться быстрей. Мало того, они отклонялись то вправо, то влево. Делали движение вперед и тут же назад, а иногда даже имитировали наклоны. Стрелок не стал ложиться на настил, он вытянул обе руки и начал стрелял поочередно. Сейчас он напоминал яростного Громовержца, который разил врага направо и налево. Гильзы только успевали отлетать, а фанерные фигурки падали одна за одной, хотя один раз стрелок все же промахнулся. Когда патроны в обоймах закончились, он за считанные секунды перезарядился и поразил оставшиеся двигающиеся мишени.

Завалив последнего фанерного бородача, лейтенант опустил оружие и вытянувшись в струну, повернулся к капитану:

— Лейтенант Лесков стрельбу закончил!

— Молодец! — усмехнулся капитан. — Кое-чему ты и вправду научился…

Командор вернулся к автомату. На этот раз он решил не торопиться и стрелять прицельней. Оружие в его руках действительно стало намного податливее. Еще два выстрела ушло в «молоко», но оставшиеся пули все же угодили в мишень. Не в центр, но все же прошили край мишени.

— Ну вот, — улыбнулся капитан. — Это совсем другое дело.

Командор привстал и вернулся на исходную позицию:

— Старший лейтенант Рябцев стрельбу закончил!

После того, как отстрелялся молодой лейтенант, который ехал с ними в машине, командор вновь подошел к начальнику стрельбища:

— Товарищ капитан! Разрешите еще пострелять?

— Ладно, — пожал плечами офицер и обернулся к белобрысому стрелку, — Лесков, принеси старшему лейтенанту еще один «магазин»…

Когда офицеры вернулись в воинскую часть с полигона, лейтенант Прохоров припарковал машину под раскидистым вязом и зевнул.

— Что-то ни я хера сегодня не выспался… Надо где-нибудь покемарить после обеда…

Командор вылез из машины и осмотрелся. Он сразу заметил высокие серебристые ворота с большими красными звездами на створках. За бетонным забором высились несколько кирпичных зданий.

Из окна стеклянной будки выглянул мордастый рыжий старлей:

— Рябцев, Прохоров, комбриг просил передать — как приедете со стрельбищ — бегом к нему!

Лейтенант Прохоров печально вздохнул:

— Ну вот, кажется обед отменяется. У меня после разговора с комбригом всегда аппетит пропадает…

Офицеры вошли внутрь территории и проследовали по широкой центральной аллее к Штабу. Командор отметил, что здесь царил строгий военный порядок. Два бойца тщательно подметали метлами дорожки, еще трое белили бордюры. Небольшое подразделение собирало военные шатры на плацу.

— Первый дивизион к полевому выходу готовится… — кивнул Прохоров и показал на желтое трехэтажное здание. — пойдем в Штаб, Серега…

Комбриг Глинский оказался невысоким крепким человеком с пронзительными голубыми глазами и тяжелым взглядом.

— Проходите товарищи офицеры… — улыбнулся полковник. — Как сегодня отстрелялись?

— Удовлетворительно, — коротко и по военному ответил Прохоров.

— Значит так, мужики. Неделю назад Министерство Обороны России передало Правительственным войскам Сирии двадцать единиц боевых машин «Смерч». Вчера, уже поздно вечером, мне позвонили из Ростова и приказали отобрать троих офицеров, двух командиров взводов и командира батареи. Задача — командировка в Сирию для проверки переданных боевых машин и проведения совместного полевого выхода. Мы с Деминым утром посовещались и решили отправить вас. Старшим полетит капитан Степанов из четвертой батареи. Вопросы есть?

— Товарищ полковник, а когда командировка? — спросил слегка ошарашенный Прохоров.

— Вылет завтра в шесть тридцать. А сегодня можете отдохнуть. И зайдите к майору Черепанову, у него получите подробный инструктаж.

Полковник усмехнулся, заметив растерянный вид лейтенанта Прохорова.

— Да не переживайте так, мужики. В настоящее время боевые действия на территории Сирии прекращены. Так, шарахаются еще по стране отдельные группировки, но и с ними в ближайшее время будет покончено. Срок командировки — всего десять дней. И кстати, если все нормально пройдет — буду ходатайствовать о присвоении вам очередных воинских званий… Особенно ты, Рябцев, давно уже засиделся в старлеях…

Когда офицеры вышли из Штаба, на улице их поджидал высокий черноусый капитан.

— Степанов, а тебя какого хрена в нашу команду грешников определили? — улыбнулся Толя Прохоров.

— Да чтобы за вами, балбесами, следить. Ладно, пойдемте к Черепанову. Он еще скажет свое напутственное слово.

Когда офицеры вошли в казарму, молоденький боец звонко выкрикнул:

— Дежурный по дивизиону, на выход!

Из казармы тут же показался сонливый белобрысый сержант и лениво отдал честь.