Мое сердце падает куда-то вниз. Его взгляд полный боли пронзает меня. Кирилл…

Олеся

— Кирилл — говорю я, одними губами и Максим отпускает меня.

Оказывается, я умирала от желания увидеть его. Но он предал меня, мне было очень больно все эти дни я умирала и оживала каждый день. Пролила миллион слез, а он так просто опять заваливается в мою жизнь? Нет! Не позволю втоптать меня в грязь. Пусть возвращается к своей Алисе!

— Олеся просто пыталась ходить — оправдывается Максим перед ним.

— Я понял — он подходит к нам — но лапать её не обязательно! — говорит он резко.

Затем поворачивается ко мне, и не успеваю сообразить, как оказываюсь у него на руках, только охаю, а костыли с грохотом падают на пол.

— Привет — говорит он хрипло, прижимая меня к себе.

Я ощущаю его запах, как же я по нему соскучилась. Но он предал и оставил меня, неужели он думает, что может так запросто ввалиться в мою жизнь снова?

Он сел на кровать и усадил меня к себе на колени.

— Я, наверное, пойду — говорит Максим, смущенно.

Он аккуратно поставил костыли к кровати.

Почему он должен уходить из-за Кирилла? Ведь Максим заботился обо мне все это время, пока Кирилл развлекался со своей Алисой.

— Подожди — говорю ему и пытаюсь выбраться с рук Кирилла.

Но это бесполезно он даже не расцепил рук. Блин.

— Отпусти меня! — говорю ему.

— Нет — отвечает он и притягивает к себе еще сильнее.

— Все нормально, Олесь мне пора, выздоравливай.

— Максим! — почувствовала, что руки Кирилла дрогнули.

— Пока — он открыл дверь и вышел, блин!

— Ну, и зачем ты вернулся?

— Я приехал к тебе — говорит он, пронзая меня взглядом.

— Потому, что Алиса не приняла, и ты думаешь, что я, как запасной вариант, сейчас приму тебя в свои объятья, после всего, что ты сделал?

Он тяжело выдыхает.

— Олесь, прости меня, я думал, что так будет лучше.

— Ну и как? Лучше оказалось? Наверное, Алиса лучше раз ты умотал к ней.

— Олеся не говори глупости, я не к ней уехал.

— Глупости? Ты сам сказал, что к возвращаешься к ней!

— И ты поверила? Так просто? — в его голосе столько боли.

— А, что мне было делать? Ты отвернулся от меня.

— Я не отворачивался, Олесь, я не хотел жить за твой счет. У меня же нет ничего. И я ничего не могу дать тебе.

Он до сих пор переживает из-за этого? Он продолжил.

— И я хотел стать кем-то в этой жизни, перестать прятаться и взглянуть в глаза тем, кто отвернулся от меня.

— Я заметила, что ты больше не носишь маску.

— Это благодаря тебе, солнышко. Ты все для меня.

Неужели я смогла сломать скорлупу, которой он закрывался от всего мира? Он касается моей щеки кончиками пальцев.

— Я очень тебя люблю, Олесь и больше не выдержу этого ада без тебя.

Он тоже переживал все это время? Судя по синякам под глазами, не спал несколько дней, даже похудел и осунулся, выглядел очень уставшим и измученным.

— Олесь, прости меня, что уехал. — говорит он хрипло — Я там чуть с ума не сошел без тебя. Мне было очень плохо — его голос срывается, и он рвано выдыхает. — Я за эти сутки умер, наверное, тысячу раз, я ничего не знал и очень боялся за тебя.

— За меня?

Он ничего не знал о том, что я пришла в себя?

— Ага, я бы не смог жить без тебя, если бы ты… — у него скатывается слеза по щеке.

Кирилл, неужели думал, что я умерла? Если бы я была на его месте точно сошла бы с ума.

— Кирилл, Господи — касаюсь его щеки.

Он прижимает меня к себе. Слышу, как сильно колотиться его сердце, и он рвано выдыхает.

— Родная моя — говорит он хрипло мне на ухо.

От его слов мурашки побежали по телу. Он целует меня в висок, в щеку.

Он дышит очень часто и поверхностно, его немного потрясывает. Настолько сильно переживал. Надо его успокоить. Видимо это нервное, он же недавно потерял близких, а теперь из-за меня переживал сильно.

Обнимаю его за шею. Он опускает голову мне на плечо.

— Тише, тише дыши — провожу пальцами по его волосам, чтобы немного расслабить его. Он очень напряжен. Провожу по шее, расслабляется немного опуская плечи и выдыхает ровнее.

Вспомнила как на набережной отвлекла его и поцеловала в шею. Он усмехнулся и поднял голову.