– Но должны были быть какиe-то ископаемые, - сказала Сара.
– Что-то, что дало бы нам знать, что они были здесь.

Я пожал плечами.

– Может быть. Может, и нет. Но сейчас они здесь. И я даже не думаю, что мы видели по-настоящему больших.

Карл напрягся, его суповая ложка зависла на полпути ко рту.

– Что ты имеешь в виду, Тедди? Та штука на месте крушения была размером с автобус.

– Ты видел то дерьмо на моем гараже. Всех этих ночных ползунов? Сначала я предположил, что дождь вытолкнул их на поверхность. Теперь я думаю, что, возможно, это их старшие братья вынудили их подняться наверх. Животные странно ведут себя перед землетрясением или цунами. Может быть, это что-то в этом роде. Может быть, они убегали от более крупных. И если те большие черви, с которыми мы столкнулись сегодня, вытолкнули маленьких червей на поверхность, то как вы думаете, что заставляет больших червей подниматься сейчас?

– Что-то вроде Левиафана?
– спросил Кевин.

Я кивнул.

– Вот именно. Есть многое на свете, что и не снилось вашим мудрецам.

Сара выглядела удивленной.

– Я бы не подумала, что ты поклонник Шекспира, Тедди. Ты читал "Гамлета"?

– Только три раза. Лично я предпочитаю "Бурю" и "Сон в летнюю ночь". Я всегда был неравнодушен к Паку. Он был забавным парнем.

– Чертова чушь, - сказал Карл. Он отложил ложку и уставился на свою наполовину полную миску тушеного мяса.
– Итак, если ты прав, Тедди, и где-то есть самый большой червь, то как нам с ним бороться?

– Я не знаю, - признался я.
– Но я думаю, что мы должны начать планировать это сейчас. Библия говорит, что Левиафан был достаточно велик, чтобы проглотить Иону целиком, и из того, что вы нам рассказали, я бы сказал, что это так. Совсем как червяк, который сегодня проглотил Солти и Эрла. Но какой бы огромной ни была эта штука, всегда должна быть рыба покрупнее. И я не хочу быть здесь, когда это произойдет. Проблема в том, что я не знаю, куда мы можем пойти. Мы на вершине горы. Все под нами затоплено. Единственное место выше, чем здесь, это станция рейнджеров на Лысом холме, и мы не знаем, какая там ситуация. Могло быть и хуже, чем здесь. Эти черви могут быть повсюду – или хуже, чем те, что здесь.

У остальных тоже не было никаких идей. Карл ковырял в зубах, Сара смотрела на свои сломанные ногти, а Кевин уставился на кофейную кружку в своих руках, на которой было написано "Величайший в мире дедушка"; подарок детей мне на День отца пять лет назад.

Через мгновение я попросил Сару продолжить свой рассказ, хотя бы для того, чтобы на некоторое время отвлечься от нынешней ситуации.

– Ну, как я уже сказала, мы дрейфовали на плоту два дня. Мы все очень мало спали, и соль в воздухе начала покрывать волдырями нашу кожу и губы. Мы замерзли, промокли и были несчастны, и у нас не было ничего, что могло бы защитить нас от дождя, кроме наших плащей, и мы все трое заболели. У Солти начался очень неприятный кашель, глубоко в груди. Мы с Кевином начали беспокоиться, что это может быть пневмония. У него началась лихорадка. Он впал в бред, бормоча о кракенах, морских богах и о чем-то, что он называл клетками души. Он сказал, что они живут на дне моря и хранят души погибших моряков. Он умолял нас не позволить ему умереть в одной из них. Затем, на третий день, нас нашел Корнуэлл.

– Это тот парень, который пилотировал вертолет?
– спросил я, вспомнив, как ремень безопасности разрезал его на три части.

– Да. Он был репортером дорожной службы на телевизионной станции в Питтсбурге. Он летал с места на место, в основном везде, где мог найти топливо и сухую землю. Большинству вертолетов необходимо заправляться каждые два часа, но его вертолет был специально оборудован для того, чтобы оставаться в воздухе во время чрезвычайных ситуаций. В нем было достаточно топлива для пятичасового полета, и у него были карты всех заправочных станций на Восточном побережье.

– Много осталось сухой земли?
– спросил Карл.

– Такие же острова на вершинах гор, - сказала Сара.
– Но это все.

Я попытался представить нашу гору как остров, видимый сверху, и обнаружил, что не могу.

Сара продолжила.

– С ним был брат Корнуэлла, Саймон. Они искали топливо, когда заметили нас в воде. К тому времени мы уже отплыли далеко от каких-либо узнаваемых ориентиров, но из океана все еще время от времени торчали крыши или антенны. Мы подплыли к водонапорной башне и забрались на нее, и им удалось подвести вертолет достаточно близко, чтобы забрать нас.

Кевин ухмыльнулся.

– Помнишь, как Солти боялся роторов? Он думал, что они отрубят нам головы.

– Он пригнулся так низко, как только мог, - улыбнулась Сара, вспоминая, - и вскарабкался на борт. Оказывается, он боялся летать. Я думаю, он был бы счастливее, если бы остался на плоту. Но они с Корнуэллом поладили, и довольно скоро он пришел в себя. Мы потратили впустую много топлива, просто летая вокруг и разыскивая выживших, но Корнуэллу чертовски везло, потому что он продолжал находить заправочные станции, которые все еще находились над водой. В конце концов, мы решили попробовать отправиться в Норфолк, штат Вирджиния. Очевидно, города там больше не было. Он исчез вместе с остальной береговой линией. Но Солти полагал, что корабли, пришвартованные в Норфолке, Литтл-Крике и Йорктауне, должны были выйти в море, когда вода начала подниматься. Или их могло разбить о пирсы. Теперь, когда угроза волн миновала, он думал, что они все еще в этом районе. Солти сказал, что если бы мы смогли найти LPD[28] или LPH[29], которые все еще были пригодны для плавания, мы могли бы приземлиться на их летной палубе. Может быть, даже большой авианосец, как "Коралловое море" или "Рональд Рейган". Я думаю, Корнуэлл был не лучшим навигатором, потому что мы сбились с курса. Вместо того чтобы пролететь над Мэрилендом и Вирджинией, мы оказались в Западной Вирджинии. У нас почти закончились топливо и припасы, когда мы нашли сухое место на вершине горы Касс.

– Где находится обсерватория Гринбанка, - сказал Карл.
– Мы несколько раз ходили туда на охоту. Тедди родом оттуда.

Сара удивленно подняла брови.

– Правда?

– Я родился в Гринбанке, - ответил я.
– Я прожил там все свое детство, в маленьком домике с пристройкой к кухне. Конечно, его там больше нет. Старый дом сгорел много лет назад, а Гринбанк в наши дни стал намного больше. Но приятно знать, что город пережил наводнение и все еще там.

Сара нахмурилась.

– Не обижайся, но я бы хотела, чтобы его там не было. Мы застряли в обсерватории на две недели. Там возник какой-то странный культ. Они называют себя Бнай Элохим. Кажется, на иврите это означает "божественные существа". По крайней мере, так сказал их лидер. Я думала, что мы оставили сумасшедших позади, но я ошибалась. В наши дни они повсюду. Бнай Элохим не были похожи на Cатанистов в Балтиморе. Они не поклонялись морским чудовищам. Но они были такими же сумасшедшими.