К Билли и Уоррену подошли Элис и какая-то девушка в красивом платье с мелкий горошек и черной кофточке. Послушница со светлыми волосами. Девушка поздоровалась и начала о чем-то разговаривать с Уорреном. Он улыбался ей, один раз даже подмигнул, и они рассмеялись. Но когда эта симпатичная девушка коснулась его плеча и пригладила ткань байки, я поняла, что зверею.

Я отвернулась от них и отошла еще дальше. Оказалась практически у забора. Разноцветные гирлянды, голоса и смех людей, негромкая музыка, надувной замок с детьми, лица, взгляды, пересуды. Мне стало дурно. Я вспомнила, как родители устраивали подобные праздники на заднем дворе их дома. Лица их друзей и коллег, соседей, дальних родственников. А потом свет померк и все те же лица смотрели на меня с осуждением и подозрением. Все эти лица поверили, что мои родители – отбросы, предавшие всех остальных. Этих лиц не стало в моей жизни, точно так же, как и семейных праздников с разноцветными гирляндами. Хотелось выбросить стакан с соком, сигануть через забор и бежать оттуда со всех ног. Но я не могла себе этого позволить. Это – не просто работа. Это – смысл моей жизни.

Я обернулась, чтобы взглянуть на Уоррена. Его и симпатичной девушки рядом с Билли и Элис уже не было. Я поискала их взглядом среди гостей и не нашла. Не удивлюсь, если Уоррен уже задирает ее платье в горошек в одной из уборных этого дома. Стало противно. Мои последние отношения, кстати, этим и закончились. На вечеринке нашего бюро мой любимый решил по-быстрому оприходовать свою помощницу в подсобке. На помощнице была узкая юбка, и он, в порыве страсти, ее порвал. Когда они вышли из подсобки, я стояла в коридоре напротив.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, осознав, что попался.

– Стою, – ответила я и ушла.

Не смотря на то, как мы расстались, нам удалось сохранить с ним нормальные приятельские отношения. По-другому и быть не могло. У него были свои каналы связи и доступ к информации, к которой не допускали меня. Таких бывших на хрен посылать нельзя, даже когда очень хочется. Это ему я звонила, чтобы проверить досье Райта. В итоге, он мне ничем не помог.

– Что ты здесь делаешь?

Я подняла голову и уставилась на Уоррена, который только что подошел ко мне.

– Стою, – ответила тихо.

– Полли?

– Мэм, – напомнила я. – И отступите на шаг, пожалуйста.

– Тебе плохо? – он наклонился ко мне и заглянул в лицо.

Как будто не слышал, что я только что сказала. И взгляд черных глаз обеспокоенный, и голос взволнованный. Он хорошо изображает то, чего нет. Хорошо изображает…

– Отойдите от меня, – я отвернулась, и сама отступила на шаг в сторону. – Извините, что порчу ваш семейный праздник, но не могли бы мы побыстрее опросить соседей, чтобы я оставила вас и вашу семью на сегодня в покое.

– Отец Энди Миерс живет практически напротив дома доктора Ней и видел кого-то в субботу. Сейчас Энди найдет его и приведет.

– У этой Энди Миерс платье в горошек?

– Платье в горошек у Лоры – подруги Элис. А Лора дружит с Энди.

– Как все сложно, – пробурчала я.

К нам подошли Лора-горошек, другая женщина в кофточке и платье в цветочек (наверное, Энди), и мужчина в брюках и пуловере (наверное, отец Энди).

– Познакомьтесь с моей коллегой, Полли Шейнберг, – взял слово Уоррен. – Мэм, Лора Гиссон (горошек), Энди Миерс (цветочки) и ее отец Ральф Миерс (полувер).

Я кивнула.

– Здравствуйте, миз-з-з, – синхронно ответили все трое.

– Миз-зтер Миерс, – обратился к нему Уоррен, – не могли бы вы рассказать нам, кого вы видели в субботу у дома доктора Ней?

– Я вышел на прогулку со своим Чарли, – начал рассказывать Миерс. – Чарли – мой пес, – добавил он. – Я всегда выхожу с Чарли в два тридцать погулять. У меня проблемы с сердцем и доктор посоветовала мне гулять с Чарли три раза в день хотя бы по тридцать минут.

– Папа, – вставила Энди – Цветочки, – миз-з-з Шейнберг не интересно слушать о том, что сказала доктор. Давай к сути!

– В общем, мы с Чарли гуляли, когда я заметил машину, припаркованную почти у самого перекрестка с другой стороны улицы. Я еще подумал, что вокруг так много парковочных мест, а этот чужак стоит почти на самом перекрестке и нарушает правила!

– Вы кого-нибудь заметили в машине? – спросила я.

– Да. Там кто-то сидел и пил что-то из термокружки. Я не разглядел, кто именно, но термокружку белую запомнил. Хотел подойти к машине и сделать замечание водителю, что он припарковал свой автомобиль в неположенном месте, но не успел. Водитель быстро завел двигатель, развернул автомобиль и уехал.

– Во сколько, примерно, это было?

– Ну, – задумался Миерс, – без десяти три или без пятнадцати.

– Марку машины и номера запомнили?

– Машина старая такая, серый седан с. Номера я не запомнил, но там были цифры, вроде, два-три-семь. Да, по-моему, такие.

– Два-три-семь были в начале или в конце номера?

– В начале, – уверенно ответил Миерс.

– А буквы не помните?

– Нет. К сожалению, – покачал головой мистер Миерс.

– Как был одет водитель машины? – спросила я.