— Их могли отравить специально?

— Да ну как тебе сказать — Док пожал плечами — максимум, что может случиться при попадании такого рода токсина в организм — это недомогание. Но учитывая почтенный возраст наших гостей эффект оказался смертельно опасным. Так что решай сам — совпадение или «удачное совпадение». Я не успею вывести токсин из организма достаточно быстро. Думаю, через пару часов ситуация ухудшится, и мы получим первые смерти. Хотя возможно, кого покрепче и удастся откачать…

— Командор… — тихий шепот донесся от одной из коек. Капитан Керо пришел в сознание — Командор… Мы прилетели сюда не ради того, чтобы продлить свою старость — слова давались ему очень тяжело — Мы все поверили Князю, он убедил нас поверить… в вас. Получиться или нет, но наше согласие вы заведомо имеете… кха…

Слова забрали последние силы, альв опять потерял сознание.

— Он имеет ввиду… — Леронэ выглядела очень серьезной.

— Ага… Именно это он и имеет ввиду. Миимэ!

— Да, командор.

— Подготовь зал ритуалов и перенеси через пол часа туда кристаллы морфита из моей комнаты.

— Но времени прошло недостаточно…

— Других вариантов я не вижу — некромант подошел ближе к ученому — Док, мне нужен час. Что хочешь с ними делай, но час они должны быть биологически живы.

— Час у тебя будет, Александр. И так, на всякий случай, возьми этот иньектор — в руку некроманта перекочевал заряженный пистолет для инъекций.

На немой вопрос, Док лишь пожал плечами и быстро перечислил:

— Витамины, стимуляторы… все как ты любишь — двенадцать часов безграничной бодрости и такие же двенадцать и пальцем пошевелить не сможешь.

— Отлично — командор быстро перекинул иньектор в другую руку — ты меня прямо балуешь. Час, Док, при любых раскладах!

— Он у тебя будет.

— Отлично. Жду их в комнате ритуалов. Я в ближайшее время буду занят, сможешь осмотреть транспортник повнимательней?

— Уже начал — ученый широко улыбнулся. — Еще пожелания будут?

— На самом деле будут, Себастьян. У тебя не завалялось альвийских органических искинов?

— Неожиданно. Поищу, вроде пара, снятых с фрегатов, была. Но они маломощные.

— Мне мощность не нужна. Для управления станцией это не требуется Присмотришь один, что получше.

— Обязательно, с интересом понаблюдаю, зачем он тебе сдался. И, Александр, удачи.

Шесть линий. Шесть лучшей, заполненных едва видимым серебряным сиянием и испещренные рунами по своей длине. Они исходили из центра комнаты, что была подготовлена некромантом для проведения ритуалов. Сам же он находился в их пересечении, сидя в позе лотоса с закрытыми глазами.

Альвы были доставлены и подготовлены. Снотворное и коктейль из боевых стимуляторов делал свое дело — пациенты были живы и на неудобства не жаловались. Хотя жаловаться было на что, учитывая, что их расположили на концах виденных ранее лучей. По одному на каждый. Они лежали по кругу, головами к некроманту. Рядом с головой каждого, все на той же линии, лежало по кристаллу морфита, виденному ранее. Такие же кристаллы лежали и у их ног, ведь «луч» не заканчивался у головы, а был расчерчен дальше, аж до самых ног и заканчивался как раз вторым кристаллом.

Дыхание альвов было едва уловимым. И с каждым новым вздохом, оно становилось все тише и тише.

*Вздох*

…

*Вздох*

…

Все шестеро затихли.

Именно в этот момент глаза командора раскрылись, проливая на полутемное помещение насыщенный серебряный свет.

Тени. Невидимые, неразличимые в черноте помещения, они начали свое движение. Едва уловимые искажения. Действия. Тянущиеся к телам темные отростки теней сформировались в когтистые руки. Они тянулись, обволакивали лежавших альвов. А потом появились звуки. Плач. Тихий. Заунывных стон боли. Истеричный смех. Невнятное бормотание. Просьбы о помощи.

Так продолжалось недолго. Пара минут, что растянулись в куда больший промежуток времени. Лишь некромант оставался недосягаем. Его не трогали тени, леденящие душу крики и плач становились едва различимы рядом с ним. Он был маяком. Ориентиров спокойствия в разверзшемся хаосе.

Все исчезло в одночасье. Мгновеньем ранее какофония криков и смеха сводила с ума любого, но в следующий миг лишь тишина и напряженное дыхание одного человека.

Тела дернулись. Сначала легкие движения пальцев. Ладони сжались в кулак. Ноги дернулись раз… еще. А потом все затихло снова, чтобы мигом позже лежавшие альвы забились в диких конвульсиях.