Шрифт:
В общем, посиделки с подругой прошли для меня не напрасно. И деньжат ненароком выклянчила, и о фиаско с Олегом забыла. Если бы еще не этот разговор о Гуляеве – было бы вообще прекрасно.
Я достала телефон, чтобы вызвать такси, проверила входящие. Вавилов так и не объявлялся, и бог его знает, почему я выдохнула с облегчением. Вот и пойми нас, женщин! Пока ждала машину, поболтала с Настькой. Убедилась, что та благополучно добралась к папеньке, и успокоилась. Домой, на удивление, домчали быстро. Не иначе, как чудом. Я немного поработала со сценарием, сделала себе пометки, кого следует обзвонить, что закупить и так далее… Наметила план своих действий на следующую программу и так погрузилась в работу, что не заметила, как за окном стемнело. Я зевнула. Растерла переносицу и, налив себе бокал вина, устроилась перед телевизором. Трезвой я бы это вряд ли могла сделать. Набрала в поисковике Ютьюба «Гуляй-шоу». Всплывающими подсказками на экране высветились заставки сразу нескольких, наверное, самых рейтинговых передач. Осушив половину бокала в два жадных глотка, я, не чувствуя ни потрясающего букета, ни вкуса, вытерла тыльной стороной ладони губы и решительно нажала на кнопку «энтер». А уже через пять минут поняла, что одним бокалом тут явно не обойдется.
Гулев… черт его дери, был великолепен. Он так органично смотрелся в кадре, так естественно себя вел как со звездами планетарных масштабов, так и с обычными малышами из этой детской рубрики… название которой я так и не запомнила… Стас мог одним взглядом, одним движением брови заставить народ смеяться, усиливая комичность ситуации стократ. Это была какая-то особенная магия. Дар… Его чувство юмора, его мгновенные реакции, его умение вставить свои пять копеек в самую, казалось бы, занудную или высокопарную речь приглашенного гостя, заставляя смеяться и его самого, и зрителя.
Второй бокал ушел, как в сухую землю. Я раздраженно щелкнула пультом, вырубая телевизор. Но в тишине стало только хуже. И я включила музыку. Вылила остатки вина в бокал, да только не успела выпить.
– Мама! Ты дома?
Как воришка, застуканный на горячем, я спрятала пустую бутылку за шторку и, прихрамывая, двинулась на звук дочкиного голоса. И вот тут меня ждал сюрприз. Какого-то черта за спиной Настьки стоял Гуляев. Ну, или кто-то, очень похожий на него…
8
Увидев меня, Ника запнулась. Мне даже показалось в какой-то момент, что она не устоит вовсе, ведь что-то там было с ее ногой, отчего она заметно прихрамывала утром… Но когда я, отставив с дороги Настьку, шагнул вперед, чтобы не дать ей упасть, Ника ухватилась за косяк и отшатнулась в сторону. И это была ведь необдуманная реакция. Шарахнуться от меня… Но о-о-чень говорящая. Вот прямо очень…
– Ой, мамочка, а ты почему дома?! Я ведь тебя не ждала! А тут смотрю, свет горит. Думаю, мало ли… Вдруг грабители какие? Или… - Настька закрыла ладонью рот и медленно осела на обитую велюром банкетку.
– Или вы здесь с Олегом? Тогда мы, это… того… пойдем. Вот же я лоша-а-ара.
– Я тебе пойду! – встрепенулась Ника. – Олега на работу вызвали.
И вроде она дочке докладывала о своих делах, а взгляд все равно сползал в мою сторону. С какого только перепуга. Она ж не Настька, которая в силу ветра в голове думает, будто связь её матери с другим мужиком сможет меня задеть. Потому как не может. Тогда не могла, а уж сейчас подавно. Или…
– Лучше скажи, почему ты не с отцом… И что здесь делает… Кхм… Эээ… - Вот, я как раз об этом! Она даже слов подобрать не может, чтобы меня идентифицировать. – Стас.
Ну, спасибо. По имени назвала. Хотя, готов поклясться, про себя она меня не иначе как мудаком зовет. Если вообще вспоминает.
Настька склонилась к ногам и, оттягивая неизбежное, принялась развязывать шнурки на кедах. Не знала девица, как поведать матери о своих приключениях. То ли стыдилась… То ли не хотела отца подставлять. Каким бы уродом тот ни был.
– Настя! Я слушаю… - чуть сощурилась Ника.
– Ну, что ты меня у порога пытаешь? – взбрыкнула та, так и не расшнуровав кед, стащила их, наступая на задники. Размашистым шагом пересекла холл, а у входа в коридор оглянулась. В ее бездонных маминых глазах застыла невысказанная просьба. «Хелп и сос», блин, что называется.
– Иди к себе. Я сам все матери объясню.
Настька пробурчала что-то невнятное и, с облегчением выдохнув, трусцой поскакала вглубь квартиры.
– Какого черта? – ошалела Ника.
– Слушай, есть что-нибудь пожрать? Я за Настькой сорвался, не успел поужинать, – огорошил я Нику, стараясь на нее не смотреть. Рассчитывая на то, что моя бесцеремонность заставит её переключиться с главного и хоть немного остыть. Не вышло. Нет, с главного она, конечно, переключилась, а вот с «остыть» было как-то сложнее… Глядя на меня, казалось, у нее вот-вот пар из ушей повалит.
– Ты серьезно думаешь, что я стану тебя кормить?
– Ну, ты же хочешь узнать, что случилось. Нет ужина – нет информации.
Ох, как она на меня посмотрела! Будто я только что одержал победу в ее личном хит-параде ненависти. Ну, и нахрена я это все затеял, спрашивается? Девчонку домой доставил? Доставил. Вот и надо было валить, сдав ее с рук на руки матери, а не, как теперь, на серьезных щах требовать свой ужин, который наверняка застрянет прямо в глотке, если, конечно, случится чудо, и кто-то в принципе меня покормит. К тому же я ведь понимал, что она не воспримет мои слова всерьез, приняв их за издевку.