— Но там мой отец! — я было рванулся, хоть и понимал, что это глупость.

Из стены пламени прилетел фаербол, и Глазьева ловко срезала его ударом клинка. Едва тот коснулся лезвия, как рассыпался на красные искры.

— Можно закрыть портал! — Фонза показала талисман, — Вот, я разгадала руны.

И Глазьева, и незнакомый асассин глянули на амулет, а потом расхохотались.

— Персик, давно ты учишь гномьи руны?

— Уже игорёк, — гордо ответила Женя, правда сразу поправилась, — Ну, утром должна буду быть.

Так она намекнула, что должна пройти посвящение, чтобы с курса Перскома перепрыгнуть на Игприст. Проще говоря, получить уже настоящую профу каллиграфиста.

— Я уже не первый раз вижу эти врата, — Глазьева покачала пальцем, — Там специально затёрты руны так, чтобы казалось, что это разгадка.

У Фонзы округлились глаза, она чуть не отбросила талисман:

— А я ведь видела там зарубины, но не обратила внимания…

— Да, полностью это слово читается, как «раскрыть пошире», — кивнула Глазьева.

Тогда я понял, почему кобольд с талисманом тоже рванул к воротам.

Глазьева и другой ниндзя потянули нас на выход из площадки:

— Бегом, бегом!

Так и не дадут нам посмотреть на то, как монстров загоняют обратно в портал.

Едва мы подскочили к краю площадки, как пара рыцарей в тяжёлых доспехах прикрыли нам спины щитами. Нас с Женей быстро повели между рядов разных воинов и магов, и я понял, что ведут наружу.

— У меня тут группа! — закричал я.

— Не бойся, Гера, — Глазьева ткнула в сторону.

Там я увидел, как уже тащат Кента. Видимо, времени поднимать на месте не было.

— Герыч!!! — мне в ухо заорал Бобр.

Я обернулся. Его вёл Чернецов совсем рядом, они выскочили откуда-то сбоку. Сзади за ним Тай Лун тащил на плечах нашу львицу и Лекаря.

За ними следовал Гармаш Дворфич, который бережно нёс на руках Биби. Всем досталось в скалах от големов и орков.

— Брата-а-ан!!! — снова заорал Бобр.

— Да чего ты орёшь? — поморщился я.

— Я скилл выбил! Ски-и-илл!!! — Боря жестикулировал, потрясая красной табличкой в руках, — Орку хрясь по башке, и тут на!

Я улыбнулся, оглянувшись назад. Портал в центре был залит огнём, там показывалась и исчезала голова дракона. Отсюда уже было видно, что всю площадку окружают какой-то магией, словно выставляя защиту.

Магов, которые этим занимались, из портала поливали фаерболами, но возле каждого колдующего стоял танк и пытался принять удар на себя.

— Я теперь не лошара, братуха! — Боря чуть ли не целовал табличку, — Слышишь?!

— Да твою дивизию, — выругался рядом Чернецов, — Тебя весь Батон слышит.

Я действительно радовался за Борю, но меня интересовало другое.

— Почему вы не атакуете? — спросил я, не понимая тактики рейда, — Там же мало пока мобов. Неужели дракон такой сильный?

— Запомни на всю жизнь, плеер, — послышался голос Гармаша, — Никогда не убивай дракона рядом с некромансерами!

В этот момент мы забежали в ту тёмную дыру, которая вела к лавовой пещере, и я уже не видел, что собирается делать имперский рейд.

Насколько стало ясно из разговоров между старшими игроками, связка «дракон и некромансеры» была очень сложной. Получалась битва, где рейд должен не только атаковать дракона, но ещё исцелять его, не давая помереть.

Моих знаний в играх хватило понять, что здесь не работает пословица «хороший дракон — мёртвый дракон». По крайней мере, у некромансера на это своё, особое мнение.

Быстрым шагом, подталкивая, нас вывели в лавовую пещеру с колодцем воскрешения, и, чтобы до него пробежать, пришлось зажать рот ладонью.

Но вот, под звуки сражения, доносящиеся из-за спины, мы добрались до колодца и свалились у его стенок. Я прижался к холодным камням, ощущая, как сверху через край к нам опускается целительный прохладный пар.

Сразу стало полегче.

По одну сторону от меня села потрёпанная Фонза. Она была в сознании, но на её руках и ногах было много порезов от атаки кобольдов.

Рядом с ней села Биби, по другую сторону от меня с грохотом свалился Бобр. На него было жалко смотреть — даже гномьи доспехи не выдержали чьих-то ударов и были здорово помяты.