А справа, на его стороне, много людей. Все улыбаются.

Не сразу, спустя минуту или две, я осознаю, что именно кажется самым странным из того, что я вижу вокруг.

У большинства гостей-мужчин длинные волосы. И пирсинг. И татуировки.

Твою мать, я что, случайно забрела на рок-концерт? Какого черта тут вообще происходит?

Мы приближаемся к алтарю, я встречаюсь взглядом с Кэт, и она как-то чересчур восторженно показывает мне два кулака с поднятыми вверх большими пальцами. Мне кажется, или в такой момент подобный жест несколько неуместен? Это же свадьба, как ни как.

Ашер высвобождает свою руку из-под моей, целует меня в щеку, затем поворачивается к своему брату, быстро приобнимает его и отходит назад, к своему месту позади нас.

— Позвольте мне вас представить? — раздается оживленный голос дамы-церемониймейстера. — Азия Дженсон, Тэлон Валентайн. Прошу вас взяться за руки.

Я не помню, чтобы двигала руками, но вот они уже лежат в его больших, теплых ладонях, и я мысленно отмечаю загрубевшие кончики его длинных пальцев.

Голос церемониймейстера доносится откуда-то очень издалека. Я медленно поднимаю взгляд и смотрю в глаза своему будущему мужу. Глаза у него того же глубокого, темного, карего цвета, как у брата, только с озорной, сексуальной искоркой.

О, Боже.

Это не мужчина моей мечты.

Это какой-то хиппарь, рок-звезда, Тарзан.

Его светло-русые волосы, почти такой же длины, как мои, лежат на широких плечах, едва не достают до груди. Галстука на нем нет, белая рубашка под смокингом сверху расстегнута так, что видны татуировки на шее.

Он совсем не такой, как я описывала в своей анкете.

Он шевелит губами, но я не в состоянии слышать, что он говорит из-за оглушительного шума в собственной голове. Вот по моему дрожащему пальцу уже скользит кольцо.

Разве я уже сказала «да»?

Церемониймейстер просит меня повторить за ней слова клятвы, и я автоматически повторяю, как будто даже не своим голосом.

Что я делаю?

Кэт подает мне платиновое кольцо, и я надеваю его ему на палец, заметив тату-рисунок вверху тыльной стороны его ладони: череп и несколько темных роз вокруг. Быть не может, чтобы этот парень работал в офисе в большой компании, как я всегда представляла себе работу своего мужа.

— … можете поцеловать невесту!

Погодите. Что?

Он наклоняется ко мне, и в последнюю секунду, я, запаниковав, уворачиваюсь, и его губы оказываются на моей щеке. Гости начинают смеяться и аплодировать.

Боже, перемотайте все назад. Пожалуйста, перемотайте назад. Назад на несколько месяцев, когда я согласилась на это безумие. Хочу, чтобы ничего этого не было.

— Она поначалу очень стеснительная, — словно оправдываясь перед гостями, громко шутит Кэт, приобняв меня за плечи. — Поцелуй его! — тут же шепчет она мне на ухо.

Я не могу.

Мужчина берет меня за руку и ведет по проходу прочь от алтаря, мимо аплодирующих, улыбающихся гостей, некоторые из которых даже похлопывают его по плечу.

Как же мне выбраться отсюда.

Кимберли встречает нас у дверей зала.

— Пойдемте со мной, — шепчет она и провожает нас обратно в маленькую комнату отдыха, где я готовилась к церемонии чуть раньше.

Вот сейчас она, наверняка, объявит нам, что произошла чудовищная ошибка. Слава тебе, Господи!

— Ну ладно, я знаю, что вы оба сейчас нервничаете, переживаете и вообще испытываете кучу всяких разных страшных эмоций, но не сомневайтесь, все это абсолютно нормально. — Она улыбается нам. — Остальные гости сейчас будут потихоньку перемещаться в зал, подготовленный для свадебного приема. Там сервированы напитки и закуски. У вас есть приблизительно полчаса, чтобы побыть вдвоем и немного познакомиться, а потом за вами зайдет фотограф. Он немного вас пофотографирует, затем вы присоединитесь к остальным гостям, примите участие в торжественном ужине. — Она радостно хлопает в ладоши. — Вы двое — просто потрясающая пара. Я так за вас рада! Я большая твоя фанатка, Тэлон!

Фанатка?

— Спасибо, куколка, — небрежно отвечает он.

Куколка? Он что, правда только что назвал ее куколкой?

— Не могла бы ты привести сюда Кэт? — спрашиваю я, нервно теребя кольцо на пальце. — Мне очень нужно с ней поговорить.

— Нет, мне очень жаль, Азия, — качает головой Кимберли, — доктор Холлистер настаивает, что это время жених и невеста должны провести наедине. Но ты уже скоро сможешь с ней поговорить. Я пойду и скажу, что ты хочешь ее увидеть, как только сможешь.