— Гляди? Может, достанем?

— Попробуй. Только учти, тут глубоко!

Я не двинулся с места, отчего напарник хохотнул.

— Молодец, не безнадежен. Да этот рюкзак тут уже лет десять висит. Много кто пытался достать, но никто не смог.

— Ясно, — я разочарованно махнул рукой и шагнул дальше.

Тропа быстро превратилась в череду островком, часть которых была притоплена.

Вода холодная, темная. От нее ощутимо несло тиной, да и запах был тяжелый, застоявшийся. Кроссовки тут же промокли, поэтому при каждом шаге во все стороны разлеталось эхо — чавк, чавк, чавк! В абсолютной тишине это стало быстро действовать на нервы.

— Старайся идти за мной след в след, — произнес напарник, остановившись и окинув меня укоризненным взглядом. — Тут местами ямы есть такие, что и с головой уйти вполне возможно. Да и это… Еще может появиться Водянка.

— Это еще что за дерьмо? — напрягся я, мгновенно представив себе огромную тварь, похожую на полупрозрачный пузырь.

— Да тоже субъект. Лежит себе на поверхности, на огромную кувшинку похожа. Как ближе подойдешь, так она совершает что-то вроде рывка, обволакивает со всех сторон и тащит на дно. Ну а там, сам понимаешь…

Я очень красочно представил себе, каково это — перевариваться в чреве гигантской плотоядной кувшинки. Видимо эмоциональное состояние отразилось на лице, потому что Белый, обернувшись ко мне, громко заржал.

— Ахах, братан! Да не переживай ты так. Их тут последний раз хрен знает, когда видели! Водянка пакость редкая, но ее на воде хорошо видно, главное не зевай.

Мы двинулись дальше, а я неожиданно вспомнил, что есть что-то вроде базы данных, собранными объектами в одно целое. Система о таком информировала. Да и напарник что-то про вики говорил.

— Белый, как ознакомиться с местной живностью?

— Подойди к краю, свистни три раза, затем прыгай вниз головой. Перед этим не забудь обмазаться золой и развести костер.

На мгновение повисла тишина, я даже чапать перестал. Но тут напарника прорвало вырвавшимся наружу хохотом.

— Да блин, я серьезно! — мне было смешно, но осознание глупой ситуации оказалось сильнее.

Тот немного успокоился, затем ответил. — Тот же процесс, что и с картой, только вкладка ниже. Потыкай взглядом, разберешься.

Но разобраться со вкладками мне было не суждено. Неожиданно, слева от напарника вода взорвалась черно-зелеными брызгами и пучками тины. Одновременно с жижей, на Белого налетело что-то плотное, буро-зеленое, похожее на рваный кусок брезента. Ну или на медузу.

Они сплелись в бесформенный клубок и шлепнулись в воду. В месте падения тут же все начало бурлить, пузыриться. Поднялся ил. Мелькали части тела напарника, слетевшая кепка, фрагменты «брезента».

Я бросился на помощь, одновременно доставая самострел. Есть ли смысл стрелять в растение вопрос тоже интересный, но совсем несвоевременный.

Хотел было сунуться в воду, но вокруг все «плавало». Заметил кочку.

— Твою мать! — заорал я, отпрыгивая в сторону. Кочка оказалась мокрой глиной, поэтому я не удержался на ней и шлепнулся на пятую точку. Кроссовок без шнурков, совершив финт, полетел в воду.

В метре от меня мелькнула рука бродяги. Не знаю как, но я словно гадюка, ухватил его за запястье и потянул на себя. Тянуть одной рукой было не столько тяжело, сколько неудобно. Коснулся рукой Водянки и тут же отдернул ее — жжется, зараза.

Самострел полетел в сторону, а в руке появился нож. Не раздумывая, быстро полоснул им по гладкой лоснящейся поверхности растения и поразился тому, что прием оказался совершенно неэффективным.

Повторил движение, но уже куда увереннее.

Затем еще раз и еще.

Тут и там появились расползающиеся в стороны темные разрезы, по воде пошли радужные пятна. Брезент начал странно сокращаться, вибрировать. Кажется, Белый почувствовал, что противник начал сдавать и потому борьба резко усилилась. Вздыбился ил, тина. Водянка, с глухим звуком, вдруг треснула пополам, а из центра вылезло широкое лезвие ножа и резко поползло вниз.

А двумя секундами позже, из чрева живого «брезента» вылез грязный как черт Белый, ругаясь так, что будь Водянка еще живой, тут же завяла бы.

— Цел? — спросил я, протягивая руку.

— Почти! — прохрипел тот, выбираясь на тропу.

Только сейчас я обратил внимание, что вся его кожа красная, покрыта вздувшимися пузырями. Да и одежда, пошла непонятными пятнами, испытав на себе действие желудочного сока твари. Самого желудка-то у нее может и не было, а вот обволакивать и выделять этот самый сок существо умело прекрасно.