Утро следующего дня началось вполне ожидаемо — с неприятного разговора. Ландо Слик наконец-то переехал из сада в свой рабочий кабинет, что позволило мне оценить изысканный вкус хозяина поместья. Каждая деталь интерьера казалась на своём месте, всё гармонично считалось друг с другом, не выглядело броско, но при этом несло в себе ореол богатства и величия. Впервые в этой жизни я посетил помещение, в котором хотелось находиться. Стыдно признаться — но я даже прикусил себя за губу, чтобы досконально запомнить каждую деталь. В будущем хотелось воспроизвести себе нечто аналогичное. Однако долго наслаждаться видами мне не позволили. Четвёртый наследник сразу пошёл в атаку:

— Где результат, Медвежуть? Ты потратил целые сутки, но «кровь Зверя» так и не найдена, — несмотря на то, что голос четвёртого наследника оставался спокойным, он пробирал до мурашек. Что довольно странно — казалось, что новые восемь воспоминаний о прошлых жизнях должны были сильно меня закалить, однако против Ландо Слика самообладание давало сбой. Тело предательски сжималось, ожидая удара, мысли начинали путаться, возникало непонятное желание поёрзать на своём кресле. И это при том, что я не чувствовал нижнюю часть туловища. Все происходящее походило на какую-то магию, но чужих силовых линий рядом со мной не было. Тем не менее, несмотря на внутреннюю дисгармонию, оправдываться я не собирался. Последние три воспоминания показали, что я стоял бок о бок с великими магами из мира вальгов, мало в чём им уступая. Если после такого позволить себе бояться простого человека, пусть и накачанного мифрилом, можно забыть о самоуважении. Всё, на что я буду способен — крутить коровам хвосты. Так, кажется, говорил старый Баркс. Несколько раз глубоко вдохнув, прогоняя дрожь, я спокойно заметил:

— Город очищен. У меня получилось то, чего не смог сделать клан Гадюк долгие десятилетия, а то и столетья. Теперь здесь можно жить.

— Всего два дня, — парировал Ландо. — А потом явится толпа гоблинов и сравняет здесь всё с землёй.

— Империя настолько слаба? Тогда мне не понятно, почему нас до сих пор не захватили? Десять тысяч гоблинов… Западная империя без вреда для своих интересов смогла выделить десять тысяч проверенных воинов, пытаясь взять наш Фасорг. Но мы выстояли. И было нас всего сотня человек, из которых сражаться могли десятки. С чего вдруг столица огромного государства падёт перед десятью тысячами гоблинами?

— Ты забываешься, Медвежуть, — голос Ландо стал холодным.

— Мне шестнадцать, я необученный инвалид, делающий для спасения столицы всё, что в его силах и даже больше, — останавливаться я не собирался. — Полагаю, у меня есть право знать, почему мне приходится в одиночку спасать империю. Где все? Армия, кланы, наёмники, в конце концов? Да у вас столько инферно и ангелов, что гоблины вообще не должны были пройти дальше пяти километров от границы!

Вот только ответить Ландо не позволили. В дверь постучались и в кабинет вошёл один из доверенных слуг четвёртого наследника. Вряд ли кому-то ещё позволены такие вольности.

— Господин, Ульма Релойт просит немедленной аудиенции. По её словам — дело государственной важности. Она просит, чтобы на встрече присутствовал Лег Ондо. Дело касается его.

Ландо подарил мне не самый приятный взгляд и дал добро, чтобы пригласили главу Пантер. Та появилась при полном параде, словно только что побывала на званном балу во дворце. И это несмотря на ранее утро.

— Ваша светлость, — Ульма с присущей ей грациозностью склонилась в реверансе.

— Сразу к делу, — приказал Ладо. — Сейчас не самое лучшее время, чтобы разговаривать о погоде. Присаживайтесь.

— Речь идёт об армии гоблинов, что двигается в столицу? — Ульма уселась в кресле и по-стариковски покряхтела, устраиваясь удобней. — У них на пути Гурдок. Пауки должны задержать нелюдей. С их-то потенциалом и армией.

— Император дал поручение семье Экрод эвакуировать завод, — произнёс Ландо и в кабинете повисла тишина.

— Я правильно понимаю, что клан Пауков не станет защищать столицу? — переспросила Ульма и всё то величие, с которым она явилась в кабинет, слетело. Глава Пантер превратилась в ту, кем, по сути, и являлась — в обременённую годами женщину.

— Ни Пауки, ни Кобры, ни Ястребы, — припечатал Ландо. — Приказ императора чёток и ясен — убрать с пути следования гоблинов все лояльные короне кланы.

— Ежегодный слёт…, — Ульма побледнела ещё больше.

— То, что вы со своими друзьями считали за победу, обернулось полным провалом. Сейчас лидеры всех оппозиционных кланов и их семьи собраны в столице. Считают, что заняли стратегически важное место для дальнейших нападок на клан Гадюк и подчинённые им силы. Десять тысяч западных гоблинов, что явятся в Альрус через два дня, знатно порезвятся на ваших костях. Не забывайте — все три наши армии заняты сейчас тем, что усиленно уходят из столицы как можно дальше. Ульма, вы явились сюда не для того, чтобы охать и ахать от новостей, верно? Вас привела сюда какая-то конкретная цель? Я слушаю вас.

Глава Пантер вздрогнула, словно получила знатную оплеуху. Однако это привело её в чувство и вернуло самообладание.

— Порой забываю, настолько Ландо Слик может быть жесток. После аудиенции я могу быть свободна, или останусь вашей гостей на неопределённый срок?

— Я не посылал за вами, — ответ четвёртого наследника содержал в себе много толкований. И одно из них гласило, что он не против того, чтобы за оставшиеся двое суток из столицы убралось как можно больше народа. Даже если они не согласны с проводимой короной политикой.