— Надо укрыться! — крикнул Амикус, показав на большой грот.

Мы втиснулись туда, предварительно затолкав Жемчужину.

— Блин, Шлем чуток помялся, — проворчал Серый и принялся его выправлять с помощью небольшого камня.

Сквозь проем нашего укрытия я наблюдал за сражением. И чем дольше смотрел на схватку, тем явственнее понимал, что Крех теснит бога Света. Нариэль слабее. Но почему? И тут сообразил — Утреса я почти пробудил, еще будучи на Синеусе, и за время, прошедшее с тех пор, он явно набрался сил. Кроме того, его давно уже подпитывали зараженные синдромом Шеффилда на Большой земле. А светлый бог только проснулся. Разбуди неожиданно меня и заставь биться — вряд ли я буду представлять собой полноценную боевую единицу.

— Нужно ему помочь!

— Свихнулся? — вскинулся Серега. — Вмешиваться в битву богов! У тебя мания величия, Димыч?

Нету у меня мании величия. Главное, что дала мне Мелизора — это возможность действовать, влиять на события. Там, в Питере, был страх за жизнь близких, горе от смерти родителей, но самое плохое — ощущение полнейшей беспомощности. И я упрямо повернулся к Амикусу.

— Должен быть способ! Подумай, вспомни. В конце концов, я же призыватель, значит, ответственен за жизнь Нариэля. Как говорится, мы в ответе за тех, кого… разбудили.

— Перестань, Рокот, — раздраженно проворчал отшельник. — Это совсем не шутки! Да, есть большая вероятность, что Мелизора теперь будет жить под властью Утреса. А может, и весь мир. Но ты ничего не можешь изменить!

И он так спокойно об этом говорит? Да хрен вам! Не хочу, чтобы в таком мире жила моя сестра. Маруся. Серый. Да никто!

Стиснув зубы, я встал и выхватил Кладенец.

— Научи меня управлять Гвэрдом. Скорее, Нариэль может пасть в любую минуту! — потребовал я у Амикуса.

Но вдруг застыл, увидев кое-что странное: вместо голубых искр по моему клинку теперь скользили ярко-красные. И тут же вспомнил: ведь бипер выдал сообщение о новых свойствах меча и амулета!

Меч-Кладенец.

Класс предмета: единичный, масштабируемый.

Тип: двуручное оружие.

Текущие свойства: уничтожение темного влияния, уничтожение Сердца Зла.

Текущая физатака: +74.

Неповреждаемый, непередающийся.

Сердце Зла? Это еще что за хрень?

Я рванул из-за ворота кулон и удивился еще больше: вместо формы капли, которая была у него совсем недавно, теперь на моей ладони лежала прозрачная пуля, в зауженной части которой теплилась красная искорка.

Амулет люмена, призывателя бога Нариэля.

Класс предмета: единичный.

Текущие свойства: защита от темного влияние, поиск Сердца Зла.

Так, а свойство «Ключ от книги Призыва» исчезло. Ну да, ведь Нариэль пробудился.

Получено задание: Найти Сердце Зла.

В это время неподалеку обрушилась очередная скала, накрыв нас волной пыли и нестерпимым грохотом.

— Что за Сердце Зла?! — отплевываясь, проорал я.

Амикус сидел, отряхивая балахон, да так и замер, услышав мой вопрос.

— Что, появилось свойство?!

— Да, но…

— Эх! — в отчаянии воскликнул старик и стал поспешно объяснять: — Сердце Зла — это смерть Утреса. Ну, вроде как у Кощея в сказках, помнишь? Смерть на конце иглы, а игла в яйце, а яйцо в утке… В общем, единственный способ вернуть Креха обратно туда, откуда он пришел нынешней ночью.

Знание мира: +1. Текущее значение: 100.

— И пронзить его надо Кладенцом.

— Да. Вот только где оно находится, никто не знает. Думаю, на Риалоне, больше негде. Но здесь его можно искать десятилетиями.

— Сразу видно, амулет программировал не ты, — засмеялся я, показывая ему кулон.

— Как раз я, — возразил он, но взглянув на «пулю», остолбенел. — Этого просто не может быть!

— Походу, он работает как указатель, да? Получается, люмен может убить бога Тьмы?

— Верно, Рокот. И это шанс! Если мы найдем Сердце Зла раньше, чем Утрес найдет нас — ты сможешь его уничтожить!

— Крех будет нас искать? — удивилась Маруся.

— Обязательно. Он как минимум захочет уничтожить Кладенец и амулет.

Прикусив губу, я пробормотал:

— Похоже, я стал для вас опасным спутником, так что полечу на Жемчужине один. Туда, куда указывает кулон. А вы ждите здесь.

— Я с тобой, — Серый лениво поднялся.

— Я тоже, — Маруся сделала шаг вперед и, заметив мою попытку протестовать, решительно отрезала: — Не обсуждается.