Шрифт:
Мне захотелось убивать. Очень сильно захотелось. Здесь, конечно, порт, куча народу, но искусство смерти не имеет никаких внешних спецэффектов, и если запустить в него стрелу смерти прямо из груди, не направляя руку, в упор, и попасть прямо в сердце, это вполне может сойти за сердечный приступ…
Кажется, наставник заметил что-то на моём лице, и вмешался в диалог:
— Мы здесь по делам ордена странников.
Чиновник лишь равнодушно пожал плечами и пропустил нас.
— Приятного пребывания в Дерее, благородные рыцари.
Мы двинулись по дороге к воротам. Кадоган, покосившись на меня, как бы невзначай бросил:
— На секунду мне показалось, что ты собираешься убить его.
Я, придав себе совершенно равнодушный вид, ответил:
— Показалось. Хотя я бы не расстроился, сожри его какая-нибудь морская тварь. Дальше в Палеотре будет так же?
Наставник тяжело вздохнул, похоже, одновременно от двух вещей — моей циничности и воспоминаниях о былом пребывании в Палеотре
— Хуже. Намного хуже.
Глава 42
За городские ворота нас ожидала очередь. Очередь к очередному чиновнику. Большая очередь.
— В Палеотре есть какие-то особенные правила дуэлей?
Спокойно осведомился я у Кадогана.
— Да. Запрещено вызывать на дуэль государственных служащих.
Во флегматичном ответе старого рыцаря явственно чувствовался личный опыт.
Было много вещей, которые не нравились мне в этом мире. Средневековая еда. Неудобные кровати. Грязные туалеты. Отвратительно бесчеловечные люди, которые заботились друг о друге больше чем о себе. Однако были и хорошие вещи: например, отсутствие кучи всяких законов, правил, и ограничений, присущих государственным системам более развитых обществ. Это было похоже на глоток воздуха свободы после тюрьмы — знать, что официальных правил, что сковывают тебя, почти нет. Большая часть общественных правил в королевствах сводилась к двум простым принципам: не вреди другим людям и не проваливай дело, что за которое ты взялся. Конфликты возникали чаще всего на почве нарушения кем-то одного из этих правил — среди воинов и аристократии они часто разрешались отнюдь не смертельными дуэлями, а среди простых людей — обращением к вышестоящему лорду. Были и исключения, конечно, но на удивление работало это неплохо.
Устройство Палеотры было заметно более продвинуто, и это было заметно с первого взгляда. Чувствовалась отлаженная система…
Я ненавидел систему. И эта старая, позабытая с прошлой жизни ненависть внезапно вернулась ко мне, в момент, когда этого сложно было ожидать. На мгновение я утратил над собой контроль. Но лишь на мгновение.
С правой руки посыпалась пыль. Часть перчатки под воздействием смерти просто рассыпалась, и это отрезвило меня. К счастью, в большой очереди этого никто не заметил. И в этот же момент из порта зазвучал громкий, утробный звук боевого рога. А затем ему вторил звон тяжёлых колоколов.
— Что это значит?
Старик плотно поджал губы.
— Звук рога это тревога по порту. Обычно означает, что прибыла крупная тварь, и все не участвующие в отражении атаки должны бежать в город. А вот колокола звенят, если в порту считают, что не справятся своими силами, и надо отступать в город уже всем. Но вот вместе… Я не знаю.
Очередь мгновенно распалась, и большая часть людей устремилась вглубь города. Меньшая, та, что была вооружена и экипирована — полезла на стены. Наставник, развернувшись сто восемьдесят градусов, быстрым шагом направился за ними. На мгновение остановившись и обернувшись ко мне, он иронично спросил:
— Ты же не собираешься отсиживаться в городе во время нападения, верно?
На самом деле именно это я бы и предпочёл сделать. И если какая-то морская тварь сожрёт весь этот проклятый город бюрократов, я буду только рад. Однако репутация труса — отнюдь не та вещь, которая нужна рыцарю в средневековом обществе, где воинские навыки и доблесть ценятся больше всего.
Мы поднялись на стены и принялись внимательно вглядываться в порт. Люди стройным ручьём бежали к городу, часто оставив поклажу. Моряки спешно покидали корабли, стремясь как можно быстрее добраться до города.
— Все корабли в порту обречены?
Поинтересовался я у одного из воинов на стене, что был одет побогаче.
— Нет конечно. Так никакого дерева на новые не напасёшься. Скорее всего, тварь не тронет большую часть.
— Зачем они вообще нападают на город? Такое количество людей может прикончить любого монстра, разве нет?
Я демонстративно обвёл взглядом высокие и широкие стены, уставленные стрелометами. На башнях виднелись камнемёты, а многие бойцы на стенах имели при себе глиняные колбы с зажигательной смесью.