— А эта арка была тут всегда?..

— Нет. Далёкие предки альманринов поставили её, чтобы точно знать, откуда приходят иноземцы. В остальном, это то же искажение пространства, разве что небольшое и уместившееся в каменные рамки. Давай, иди. Чем раньше уйдёшь — тем раньше придёшь. И не забудь захватить… фотографию, да? Отлично. До скорого.

Судя по всему, Далий Мар не воспринимал нормальные прощания за нечто ценное. Он не задумывался, что мог видеться с этим человеком в последний раз. Приложив руку к груди и легко поклонившись — произведя почтительное «до свидания», — он развернулся, сложил руки за спиной и быстро скрылся с глаз. Конечно, его тоже ждала своя, более осмысленная и достойная жизнь, и останавливать его было бы как-то глупо. Но Артур чувствовал укол в сердце, словно его бросили на произвол судьбы, совсем одного и без помощи. Маячащий возле ног Мерлин вновь сделался центром жизни. И верно. Как можно было забыть, кому юноша обязан этим странным приключением?.. Он присел на колено, придержав рюкзак так, чтобы тот не завалился на голову, и обнял бесценного пса, слабо виляющего хвостом. Стало немного теплее. Позвав друга следом: «Пойдём, Мерлин», они ступили за каменную арку… и растворились в воздухе, словно их и не было.

Глаза омыла волна слёз. Лицо загорелось внутренней болью, а щёки защипало от солёной воды. Желание вернуться назад подавляло прочие мысли, пока дружественный скулёж не напомнил, зачем они вернулись сюда. В серый тоскливый мир, забывший о магии и приключениях. В тухлый скрюченный воздух, превращавший кашель в обыденность. Нужно спешить — пока не закончился праздник и ещё есть возможность вернуться раньше, чем через год!

Опечаленный человек (да и не только человек) часто представляет нелюбимые вещи так и вовсе ненавидимыми. Пока крепкие тенёта опутывают беззащитные чувства, а яркое солнце кажется тусклым и подавленным, сложно заставить себя улыбнуться или хотя бы прикинуться довольным. Артур не сознавал мир таким, каким он выглядел на деле. Приветливое и такое родное солнышко блестело в облачном небе, превращая воздушную голубизну в едва жёлтые оттенки. Вокруг росли старые и молодые деревья, цепляющиеся за прорехи между белоснежными облаками, и создавали иллюзию царственной величины. Дубы, берёзы, сосны и даже ели маячили вокруг, тая среди кустов и высокой зелёной травки. Эта весна выдалась поистине безупречной. Вовсю шёл апрель, школьные дни ещё не завершились, хотя тянулись теперь довольно размеренно. Но Артур ещё не подумал о школе — она уже давно разонравилась ему. Он думал о Далие Маре, о Викки, об Айве и Киаме, которые сейчас наверняка прощаются со всеми знакомыми и отправляются в долгий путь. Под конец, он подумал о маме и Нике. А под самый конец, о своём местоположении. Потому что он искренне не ведал, в какую точку мира забросил его этот портал. И надеялся, что не придётся возвращаться в Эвас только затем, чтобы снова уйти прочь. Но так как оба известных портала находились достаточно близко — в паре часов ходьбы друг от друга, — юноша предположил, что блуждает по тому же лесу, куда его завёл Мерлин. Проблема состояла лишь в полной безграмотности.

Любой уважающий себя эвассари, будь он даже маленьким ребёнком, знает очень важную вещь: врата между мирами работают не по тому же принципу, что обычные двери. И, находясь близко друг от друга в одном мире, в другом их могут разделять километры. По этой причине бывалые путешественники всегда возвращаются лишь тем путём, которым пришли, даже если их странствие вело вокруг света! Но Артур не знал этого, ведь никто не удосужился объяснить, а сам он не располагал достаточными намёками, чтобы понять такую неприятную истину. Поэтому, пометив вход в портал и выйдя по тропинке на шум небольшой дороги, он с ужасом обнаружил надпись на указателе: «Ул. Живописная». Он точно знал, что в его районе таких улиц нет, и его страх скрашивало лишь присутствие Мерлина. Кто-кто, а этот пёс всегда поможет вернуться домой!

Люди вокруг не ходили. И не удивительно, учитывая внешний вид незнакомого места. Старые дома и магазинчики не вселяли уверенности в завтрашнем дне, а водители совершенно игнорировали мальчика, полагая, что он здешний или путешественник, о чём твердили довольно плотный рюкзак, кожаная фляжка и не свойственное современному обществу облачение. Однако всё не могло складываться так печально, и вскоре нашлась «дама в летах», поделившаяся местонахождением чересчур увлёкшегося странника.

— Вы под Ногинском, молодой человек.

Сказать, что Артур попал «далековато» — ничего не сказать. Однако наторелые ноги даже не собирались терять признаки жизни. Наоборот, с провиантом на неделю (если, конечно, не переедать и вдумчиво экономить) можно добраться до дома без особых проблем. Возможно, даже за один день! Но потом Артур вспомнил про машины.

— …Благодарю. А как попасть на ближайший автобус?

— Остановка прямо по прямой.

— Ещё раз благодарю!

Денег не было, билета тоже. Но юноша проезжал «зайцем» и раньше, и не видел никаких особых преград. Нет, после всего пережитого подобный путь казался сущей чепухой! Так, попрощавшись с доброй тучной женщиной и разминувшись на узкой тропе, два приятеля зашагали вперёд. Артур предвкушал возвращение к маме и думал, что же ей сказать. Хотя потом, вспомнив фильмы и книги с похожими ситуациями, понял, что не стоит и пытаться. Слова или придут сами, или не придут вовсе. В итоге, что может быть более лаконичным, чем объятия?

Они добежали до остановки и залетели в автобус со скоростью пули. К счастью, кондуктора здесь не оказалось, так что можно было расслабиться и усесться на первое попавшееся место. Мерлин лежал в ногах, поглядывая то на хозяина, то на проходящих мимо людей, и постоянно дышал через рот, свесив горячий язык. В салоне было жарко. Гораздо жарче, чем на улице и, тем более, в Эвасе. Но нужно было потерпеть, пока автобус не доедет до конечной.

Очень скоро однотипные домики и остановки сменились вокзалом. А с вокзала шёл другой подходящий автобус (Артур попросил у прохожего электронную карту и увидел, как им предстоит добираться до дома). Ждали они достаточно, чтобы снова пожалеть о возвращении в мир людей, но всё же дождались. В этот раз салон освежал кондиционер, из-за мощности которого по рукам забегали едва различимые мурашки. А маршрут представлялся более дальним и весьма напряжённым, ведь Мерлин уже истратил свой запас терпения. Он не любил находиться в замкнутых движущихся пространствах очень долго, поэтому Артур не пожалел ради него кожаную куртку. Пёс отнёсся к подстилке с лёгким пренебрежением, но всё же согласился лечь на неё, ведь она пропахла хозяином. А любая собака знает: запах хозяина — самый лучший на свете! Наравне с запахом свежего мяса и вкусных овощей, конечно же.

В окнах постоянно мелькали небольшие дома и пролески, облицованные парой-тройкой рядов светлых деревьев. Колёса подскакивали на кочках и проваливались в ямы, выдавая все погрешности разбитой дороги. Громко гудел мотор, а за окнами просвистывали мчащиеся машины. Фляжка начала высыхать и становилась всё легче. Но есть не хотелось, так что юноша не сомневался — с едой напрягов уж точно не будет.

Где-то через час автобус доехал до конечной. Сидеть всё это время без минимальных развлечений и, тем более, без разговоров с друзьями было настоящей пыткой. Но пытка закончилась, а впереди всё ещё оставалась многочасовая дорога на юго-запад. К счастью, день на Земле только начинался, поэтому и сил прибавилось с излишком. Как минимум, до первой остановки, если они предвидятся. Ведь часы Эваса и Йеры не совпадают: время среди эвассари тянется на целый час дольше! И режим сна, соответственно, сложился предсказуемый. Не стоит забывать, что Артур и Мерлин ушли в мир людей ближе к вечеру, не очень усталые, но уже пообвыкшие. Хотя юноша не задумывался об этом, ведь рассуждал, как им лучше пройти весь этот путь и не потеряться. Топографическим кретинизмом его, к счастью, не наделили, однако это не значило, что он может чувствовать себя, как дома, на любой, даже незнакомой территории. Стоит забежать вперёд и сказать: нет, они не потерялись, но плутали достаточно долго, и только бесконечные вопросы местным и частый взгляд на взошедшее солнце помогали не сбиться с курса. Путь лежал через небольшие одноэтажные районы, через дороги и пустыри, через небольшой лесок и снова через дороги. Но, в конечном счёте, потратив на возвращение не меньше пяти часов, они увидели знакомые места. И уж там они точно знали, в какую сторону должны следовать!

День подходил к концу, а ноги всё ещё держались, не заболев и не заныв, как это случалось раньше. Мерлин хотел спать, постоянно зевал и ложился при любом удобном случае (остановок почти не делали). А стоило на горизонте замаячить знакомой улице, оканчивающейся деревьями, путешественников обуяла долгожданная радость! Уставший пёс уже представил себя лежащим в мягкой лежанке, с любимым резиновым бубликом в зубах и полными мисками еды и воды по краям. А Артур представил, как его встретит мама. Он не знал, какой сейчас день недели, но точно уверился в том, что мама находится дома. И вот, они подошли к резной калитке. Пальцы нехотя потянулись к звонку, тяжело нажали на кнопку. Доныне милая мелодия, похожая на перекличку птиц, ныне пугала и настораживала, внушая ногам убраться подальше. Но калитка открылась…