— Много? — предположил я.

— Два раза по столько, — сказал Такеши. — А панические атаки до сих пор на меня накатывают время от времени. Ты вообще собираешься что-нибудь с этой ситуацией делать, или пусть все горит огнем, а мне уже надо ползти в сторону великого забвения?

— Собираюсь, — сказал я. — Мы подтянули старую команду, и как раз на днях собираемся отбыть на Землю.

Правда, в основном, ради Бордена, а не для того, чтобы автора кода в чувство привести, но Такеши об этом знать необязательно. У него и так повышенная тревожность и панические атаки, а если он узнает о новой угрозе, то вообще с катушек слететь может.

— Хоть какие-то хорошие новости, — сказал Такеши. — Слушай, насколько мне известно, Соломон сейчас в городе, и раз уж ты здесь и делать тебе особо нечего, может, ты и к нему зайдешь? Его сразу удар хватит, а мы наконец-то сможем вздохнуть спокойно…

— Что, все так плохо?

— Да не там, чтобы совсем плохо, — сказал Такеши. — Если с Большим Вэ сравнивать, то все, вроде бы, почти хорошо, но ты же понимаешь, в этом мире не бывает ни одного большого босса, который бы тебя полностью устраивал. А Соломон в последнее время стал какой-то душный, и иметь с ним дела все труднее и труднее.

— Это мне понятно, — сказал я, отпивая пива. — Ты мне другое проясни. С чего бы его от моего визита удар хватил? Конечно, я с ним контактов не поддерживаю, но, вроде бы, мы с ним ровно расстались.

— Ну, видимо, он считает, что не совсем ровно там все было, — сказал Такеши. — Может, он все это время фигу в кармане держал или камень за пазухой, и теперь боится, что ты об этом узнаешь.

— Даже если и узнаю, что с того? — удивился я. — Это же сто лет назад было.

— Ты, видимо, периодически забываешь, чего именно ты бог, — сказал Такеши. — А вот Соломон Рейн помнит об этом постоянно.

— Это его проблемы, — отмахнулся я. — Кстати, если уж мы заговорили о делах давно минувших дней, то я вынужден тебя разочаровать. Мы вернули артефакт Первому Игроку, и ты окончательно потерял свои шансы изменить реальность по своему вкусу.

— Может, это и к лучшему, — сказал Такеши. — Вы вон один раз изменили реальность и до сих пор расхлебать не можете.

— Ты стал мудрее, — сказал я.

— Мне и в этой реальности, в общем-то, нормально, — сказал Такеши. — Вы уж постарайтесь ее как-нибудь сохранить.

— Мы постараемся, — пообещал я. — И раз уж я здесь, а ты — хакер, то ты мог бы мне кое в чем помочь.

— Например?

— Я открою тебе логи.

— Ты ж говоришь, нападение не писалось.

— Это Первый Игрок говорит, что нападение не писалось, — сказал я. — Но я предпочитаю получать информацию из нескольких источников. Кроме того, меня интересует кое-что помимо нападения.

Магистр, конечно, говорит, что он на нашей стороне, но это такой тип, который нас продаст, купит, а потом еще раз продаст, но уже дороже, если будет уверен, что его любимой Системе все эти торги на пользу пойдут. Я не говорю о тотальном недоверии, но если есть возможность проверить полученную от Магистра инфу в каком-нибудь независимом источнике, то лучше этой возможностью воспользоваться.

Во избежание, так сказать.

— Ладно, — Такеши отставил бокал в сторону и простер руки над виртуальной клавиатурой, и, судя по размаху его рук, клавиатура у него была раза в три побольше стандартной. — Открывай логи.

Я открыл.

— Кровь, кишки и как обычно, — констатировал Такеши. — Что это за скоростное прохождение данжа? И не стыдно тебе читерскими абилками пользоваться? Проспорил, что ли, кому?

— Это были маневры, — туманно объяснил я.

— Вся твоя жизнь — одни сплошные маневры, — сказал Такеши. — Ну, за исключением тех моментов, когда ты на самом деле воюешь. Что искать-то?

— Отмотай назад.

— Ага, — сказал он. — Вижу следы затертости. Выглядит странно, как будто вас всех пчела за одно место укусила и вы принялись по локациям метаться. Четверо, значит? Ты, Сумкин, темный властелин и что-то анонимное…

— Это Первый Игрок, — сказал я.

— Я так и подумал, — сказал Такеши. — Ну, первый Игрок не наврал, все очень качественно почищено. Выходит, кто-то напал на вас, когда вы вчетвером были вместе? Это очень-очень-очень странное решение. Очень-очень-очень непродуктивное решение. Очень-очень-очень суицидальное решение. Очень-очень-очень…

— Остановись, — сказал я. — Я понял направление твоих мыслей, и даже где-то в чем-то с ними согласен.

— Что еще посмотреть?

— Посмотри отдельно на Сумкина, — попросил я. — Когда это все началось, они наводились на нас по маяку, который кто-то на него повесил.

— И ты думаешь, что они затерли нападение, а про момент навешивания забыли?

— Чем черт не шутит, — сказал я. — Ты можешь посмотреть на Сумкина… ну, скажем, с того момента, как мы встретились, и по паре дней в обе стороны?